Онлайн книга «Амурная примета»
|
— Какой адрес он назвал? — Дом Поляковых на Моховой, – ответила Эмилия и назвала квартиру. — Хорошо. Будь здесь, я скоро приду, – приказал Вершинин и, одевшись, вышел из квартиры. Эмилия села на диван и, поглядывая на баул, принялась ждать любовника. Она не помнила, сколько времени прошло после ухода Рудольфа, когда в бауле стали раздаваться глухие звуки. Эмилия покосилась на баул и приподнялась с дивана. Вначале в ее голове промелькнула мысль, что судебный пристав ожил. Она даже проверила, насколько крепко застегнуты ремни, закрывающие крышку. Однако через минуту девушка отогнала эту мысль, ведь она самолично видела застывший взгляд пристава, какой бывает только у мертвецов, и его посинелое лицо. Она снова села на диван и прислушалась: звуков из баула более не раздавалось. «Теперь, если что, тебе не выкрутиться», – мелькнула мысль, как будто кто-то прошептал эти слова над самым ее ухом. Эмилия невольно вздрогнула и снова покосилась на стоящий рядом баул. Потом тряхнула головой, словно отгоняя от себя что-то ненужное, легла на диван и вслух произнесла: — Выкручусь! * * * Дверь в квартиру судебного пристава открылась без каких-либо затруднений. Рудольф Залманович огляделся по сторонам, хотя ни рядом, ни поодаль не было даже намека на чье-либо присутствие, и вошел в прихожую. Немного постоял, прислушиваясь к тиканью часов в гостиной, затем, пройдя ее и кое-как ориентируясь благодаря неясному свету из окон, вошел в кабинет. Он был небольшим. Кожаный диван, кресло, большое дубовое бюро и керосиновая лампа справа на столешнице. Снова немного постоял, прикидывая в уме, куда бы он положил большую пачку денег. Конечно, в один из ящиков бюро. Вершинин пошарил в карманах и достал спичечный коробок. Керосиновую лампу решил не зажигать, чтобы с улицы кто-нибудь не увидел свет. Чиркая спичками, он принялся выдвигать ящики бюро и бегло разглядывать их содержимое. Бумаги, папки с документами, ничего не стоящие безделушки, какие-то фотографические карточки… В какое другое время и при иных обстоятельствах он бы непременно посмотрел фотографии, но сейчас не было ни времени, ни желания… Деньги нашлись во втором сверху ящичке бюро по правую руку от столешницы. Они лежали толстой пачкой, аккуратно перевязанной резиновой тесьмой. Рудольф Залманович достал ящичек полностью и в самой его глубине обнаружил наручные золотые женские часы с крышечкой, закрывающей хрупкое стекло. Часы он взял, а ящик бросил на ковер возле бюро. Больше ничего путного Вершинин в кабинете судебного пристава не обнаружил… Когда он покинул квартиру Щелкунова и вышел из дома, то, проходя мимо дворницкой, заметил в окне чью-то физиономию, поднял воротник и быстро отвернулся, дабы не дать рассмотреть свое лицо тому, кто смотрел в окно. Потом взял извозчика и поехал в Хамовники… * * * — Ну что? – с надеждой спросила Эмилия, когда Вершинин, вернувшись, снял шапку и скинул шубу. – Деньги нашел? — Нашел, – отозвался Рудольф Залманович и достал из кармана толстую пачку денег, перетянутую резиновой тесьмой. — Сколько там? – поинтересовалась Эмилия, на что Вершинин пожал плечами и ответил: — Не знаю. Эмилия почти вырвала у него из рук деньги, сдернула тесьму и принялась считать. Ее пальчики ловко отделяли одну купюру от другой, как будто она не один год служила в бухгалтерии кассиром. |