Онлайн книга «Злополучный номер»
|
Так и шел Георгий, кореньями да ягодой пробавляясь, да еще груздями сухими, что в срединной России сыроежками зовутся. Даже и сыт порою бывал. На третий день Дедовой кончины вышел Георгий на пригорок хребтовый, глядь, а из березняка, что расположился в одной из падей, дымок виднеется. Дело к вечеру, видно, кто-то на ночлег становится. Уж не те ли, кто Деда порешил? А может, свой брат, варнак? Пригнулся Георгий, спустился с пригорка, добежал до березняка, залег. Через редкие деревья все видно: это бурят в котелке жратву себе варит. Один. Без коня, но при винтовке. И котомочка Дедова при нем… Решение созрело сразу. Еще в крытке его учили не прощать обид. А тем более – смерти товарища. Дед же не просто был товарищем по несчастью. И не просто другом… Георгий подполз ближе. Замер. Задергалась жилка на виске, громко, на весь перелесок, застучало сердце. Но следовало перетерпеть, выждать подходящего момента для расплаты. От суеты да торопливости одни лишь беды случаются – так поучал покойный Дед. «Ничего, Дед, мы подождем, верно? А вот когда он нажрется, выпьет и спать уляжется, тут-то мы с тобой его и возьмем», – услышал Георгий свой собственный шепот. В лесу темнеет быстро: полчаса назад еще лучи солнечные кроны деревьев подсвечивали, а теперь, глядь, – темень почти беспросветная. И костерок бурята, как путеводная звезда, маячит. Бурят же тем временем поел, свернулся, винтарь рядом пристроил и голову на Дедову котомку положил, паскуда. Ничего, часик-другой, и ты свое получишь… Все же кипела кровь, раза два Георгий намеревался уже, было, приняться за дело, да будто кто-то внутри препоны ему ставил: рано-де, погоди, пусть плоскомордый крепче заснет. Не иначе, душа Дедова рядом была, осторожным быть велела. Распластался во сне бурят, стало быть, спит уже крепко. Пополз дальше Георгий, стараясь не ломать сухие сучки и даже травою не шуршать. Ужиком неслышным подполз к буряту, а когда оставалось до него не более двух саженей, кинулся на него, винтовку подальше откинул и оседлал. Подергался бурят под Георгием, да против сильного и злого – куда ему. Связал ему руки Жора, поднял, подвел к дереву, привязал крепко к стволу. Бурят заныл: возьми, мол, что хочешь: хлеб, винтовку, крупу… — Я, почитай, уже и так все это у тебя забрал, – хмуро ответил Георгий, стараясь поймать взгляд бурята. — У меня еще деньги есть. Дома, – заискивающе произнес бурят. — А семья есть? — Есть, – загорелись надеждой маленькие глазки бурята. — Вот твоей семье деньги эти и пригодятся, – сухо произнес Жора. – Когда кормильца не станет. Он подложил в костер сучьев, сварил кашу, покушал досыта с хлебцем. Затем взял винтовку, передернул затвор, отошел шагов на пять от бурята, на плоском лице которого плясали отблески костра… — Это тебе за то, что ты товарища моего хорошего убил, – процедил сквозь зубы Георгий и прицелился. Хотел, правда, больше сказать: про каторгу, их с Дедом разговоры, планы, мечты. Но – передумал. Лишнее это. И не нужно ни ему, ни буряту… — Отпусти, богом твоим тебя прошу, – взмолился бурят. – Зарок тебе даю, что за беглыми больше охотиться не буду и всем своим сродственникам и детям о том накажу. Пощади, мил-человек, клянусь, никогда более винтовку в руку не возьму… — Это точно, не возьмешь, – прошептал Георгий. – А клятвам твоим я не верю. |