Онлайн книга «Сделай громче»
|
– Ты написал книгу лучше меня? И даже сумел издаться в типографии против моего самиздата? Тогда я позвоню туда, где будет проходить презентация книги и сообщу, что здание заминировано… Не уснули еще? А ведь есть и такой любопытный подвид нарциссов, как… активист или церебральный. С виду он – большой молодец, занимается самыми что ни на есть полезными вещами. Только мотивация у него будет не альтруистическая, а как и у большинства нарциссов – вызывать восхищение. Пусть не своей яркой внешностью или красивыми речами, но какой-то общественно полезной деятельностью, к которой люди относятся хорошо. – Ничего подобного! – ни один настоящий нарцисс добровольно не признается, что он нарцисс. – Мы совершаем добрые дела, чтобы сделать мир лучше. И мы лучшие в этом деле! – Ну вот как бы и подтверждение моих слов. Нельзя быть лучшими в сфере бескорыстной помощи. Вы либо занимаетесь этим просто так, не обращая внимания на свои заслуги, как делают, к примеру, эмотивы, а если вы собираете лайки даже за помощь другим, тогда вы – нарцисс… – Обидные вещи думаешь. За что ты нас так? Как тебе не стыдно? – И это тоже один из примеров нарциссизма. Прикрываясь мнимой слабостью, вам сначала навязывают чувство вины, а потом демонстрируют собственную грандиозность. – Вранье! – Правда глаза режет. Не скрою, при всех сложностях работать с нарциссами очень интересно. Как правило, это люди яркие, интеллектуальные, часто с творческой жилкой. Есть среди них и немало медийных личностей, миллионеров, известных филантропов. – Но? – Но психолог не занимается благотворительностью… – В смысле? – …Если взаимодействие с нарциссом становится в тягость, мешает делу, эмоциональный фон сказывается и на общении с другими клиентами… …Надо расставаться! И если на первой сессии я еще на сто процентов не знал, что нас с Натальей ждет дальше и оставлял небольшой шанс на то, что мог даже ошибиться в ее отношении, во время второго прихода я уже откровенно тяготился своим выбором, а на третьем, в самом его начале, заявил: — НаталЪя, не хочу откладывать этот разговор в долгий ящик. Вынужден сообщить, что эта встреча будет у нас последней. Динамики, на которую я рассчитывал, к сожалению, достичь не удается, а потому перспектив для дальнейшей совместной работы я не вижу. Если хотите, мы проведем этот, последний сеанс, как договаривались, либо я верну за него деньги… – Фу, какой! Не нужны мне твои подачки! – Либо давай просто поговорим… – О чем, милый?! Как видите, мне так и не удалось увести Наталью из так называемого грандиозного состояния в уязвимое или ничтожное – только в нем нарциссы способны вести себя прилично, слушать собеседника и демонстрировать в терапии положительную динамику. – Известно о чем… О том, какие все вокруг идиоты, уроды и какие сами нарциссы замечательные, а еще бедные и несчастные. – Ой, дурачок, ты же ничегошеньки не знаешь об этом! – подумала Наталья. И, напоследок швырнув в меня какие-то деньги, ушла с гордо поднятой головой. – Почему же? Знаю. – И почему же это? – Да потому что я сам нарцисс! Выставив клиентку из кабинета, я посмотрел на себя в зеркало. Всамделишный нарцисс. Уж самому-то себе можно в этом признаться… А спустя полгода я вспомнил об этом случае, уже применительно к Сашке. |