Книга Кофе для Мардж, а ограбление на десерт, страница 49 – Кейт Андерсенн

— Как… в больнице?.. – Сердце Мардж упало.

— Его нашли за городом ограбленного и избитого, он плелся по обочине и, едва завидев, что кто-то остановился, потерял сознание. Пожилая пара позвонила в скорую и полицию. Я выезжаю на ту дорогу.

Маргарет Никсон сглотнула, не замечая, как полотенце упало к ногам.

— Госпиталь Александры?

— Да.

— Уже еду.

— Я еще не говорил с врачами, Мардж, ничего не знаю. Салли заставила меня позвонить тебе, сказала, ты разберешься.

— Мне повезло, что твоя жена – моя подруга… Брент, удачи.

Маргарет опустила телефон и уставилась в пустоту. Внутри разлилась темнота.

Мисс Эва Тейлор подошла к ней и тронула плечо:

— Вызвать такси?

Мардж Никсон медленно кивнула.

Сестра Уиннсберг на ресепшене состроила серьезную мину:

— А кто вы ему, милочка?

— Я его секретарь! – воскликнула Маргарет, сжимая сумку в руках в комок. Сестра Уиннсберг ни чуточки не изменилась. – Неужели вы меня не помните? Сломанная нога, табуретка?

— Тогда вы были его девушкой, – пожала сестра плечами, одними губами читая свои бумажки.

— Вот как раз тогда и не была! А теперь – есть. – Маргарет едва не легла на высокую стойку, чтоб привлечь хоть больше внимания.

— А говорите – секретарь, – спокойно повела бровями сестра Уиннсберг.

— И секретарь тоже… Ну, прошу вас, сестра Уиннсберг… Хоть скажите, он… ведь будет жить?

Женщина с насупленным лицом уставилась на просительницу. Маргарет сжала ладони.

— Ваш шеф-опекун-молодой человек – в реанимационном отделении, – сжалилась та. – Пока вам к нему нельзя.

— Но…

— Никаких «но», ждите, – захлопнула папку сестра Уиннсберг. – И без самодеятельности, мисс Никсон, хватит, мы с вами тогда намучались.

Маргарет сидела под светящейся красным табличкой у дверей реанимационной, вцепившись в свою сумку. Внутри все будто бы умерло. Ни грусти, ни ярости, ни страха. Если с Гарри что-то случится, она ведь…

Девушка дергала собачку молнии на сумке туда и обратно.

Переживет, конечно. Снова научится улыбаться, и смеяться, и любить, и ненавидеть. Ведь жизнь – она такая. Ко всему привыкаешь, все принимаешь, идешь вперед – она умеет заставлять.

Проблема в том… что она не хочет. Не хочет улыбаться, смеяться, любить, ненавидеть без него. Не хочет, чтобы он никогда больше не узнал о ней ничего, чтобы он больше никогда не назвал ее «прекрасной леди», чтобы не запретил соваться туда, куда она и так сунется.

Не хочет никогда больше с ним не спорить и не ссориться. Обижаться, мириться, доказывать, сомневаться, выяснять отношения. Если человека нет, то это все… теряет смысл.

Все это имеет значение, только когда он рядом.

Мардж уронила лицо в ладони. Просто быть вместе… а остальное – неважно.

— Гарри, пожалуйста, только будь жив… А я пусть и буду брыкаться, но никуда не денусь…

Она покопалась в сумке, чтобы взять бумажные салфетки и высморкаться.

— …я ведь люблю тебя…

Бормоча, Мардж уткнула нос в салфетку и подняла глаза.

Табличка безмятежно мигнула. Как в прошлый раз.

«Больница пыталась скрыть врачебную ошибку».

Она подскочила. А если… как с дядей Финчли получится – врач что-то напутает, и информацию сольют, медсестру ушлют, дадут взятку…

Мардж помотала головой. Эмоции, Мардж. Эмоции гони прочь.

Девушка вновь опустилась на пластиковое сиденье. Что за дело… Тейлоры. Как Джил Тейлор превратилась в Джин Колуэй?.. Заставляя руки слушаться, Маргарет выудила телефон. Нужно себя отвлечь. Отвлечь, пока не появится доктор, и тогда…