Книга Хозяйка проклятой таверны, страница 160 – Ольга Кобзева

Вскинулась, глядя на меня с явной опаской, комкая край платья, теребя в волнении.

Мы прошли в одну из свободных комнат, где никто не мог помешать. Заметила, что Брюссир шагнул следом. Встретился со мной взглядом, молчаливо спрашивая, может ли остаться. Кивнула согласно. Пусть. Если ему так спокойнее, я не против.

— Я чем-то вызвала ваше неудовольствие? — прошелестела женщина.

— Дараха, прежде всего, я хочу еще раз выразить свою благодарность за то, что не дала мне погибнуть, приняла как дочь и не давала в обиду… как могла. Хочу, чтобы ты знала, я действительно благодарна за все, что вы с Оутором для меня сделали.

Женщина кивнула, чуть расслабляясь.

— Но я здесь не за этим. После того, как Ларижа понесла наказание мы с тобой не говорили.

— Ларижа не заслужила такой кары, — всхлипнула Дараха.

— А кто заслужил? Ты? Мне известно о том, как погибли родители Оутора, — ровным тоном сообщила я, отслеживая реакцию Дарахи. Она побледнела, закусила губу. Глаза бешено забегали из стороны в сторону. — Рахшара прочила себе на смену тебя, Дараха! Знай же, что Ларижа заняла твое место. Но и ее преступление велико. По вине Ларижи погибли ни в чем не повинные люди. Она поддержала изменника, узурпатора законной власти.

Дараха побледнела еще сильнее, зрачки ее в страхе расширились. Она смотрела на меня и открывала рот, но ни звука из него так и не донеслось. Дараха упала на колени, хватая подол моего платья.

— Виновата! — провыла она. — Виновата! Дура была, молодая, жадная. Добрей не хотел сына в дело брать, говорил, что сам Оутор должен всего добиться. Еще и Ларижа науськивала, с толку сбивала. Видят великие Боги, каждую ночь молю о прощении. Готова принять наказание, эйра Айранир. Готова! Только не говорите Оутору, умоляю! Не нужно ему знать!

Она рыдала довольно натурально. Брюссир шагнул было ко мне, остановила его взглядом, едва уловимым кивком.

— Поднимись! — выждав около минуты, отдала приказ.

Моему голосу невозможно противиться даже в пылу истерики. Дараха поднялась, судорожно сжимая скрученными пальцами ворот платья.

— Я не скажу твоему мужу ни слова, это твой грех и только твой. Не хочу лишать Оутора счастья, а ведь он тебя любит.

— Не знал он ничего о том, — провыла Дараха. — Не ведал, что я натворила.

Зуд в кончиках пальцев усилился. Не в силах сопротивляться, коснулась плачущей женщины.

— Это не твоя награда, Дараха, — сообщила, опуская руку на живот женщины. — Это дар Богини Оутору. Ты родишь ему наследника. Родишь и вырастишь его хорошим человеком. Это и станет твоим искуплением.

Наконец-то зуд из пальцев ушел. Отстранилась, отступая на шаг. Из меня словно воздух выпустили. Стало ощутимо легче, но накатила слабость.

Дараха смотрела на меня недоверчиво, растерянно прижимая обе ладони к животу. Уверена, она не поняла, что только что произошло. Я и сама не до конца поняла, если честно. Дараха открывала и закрывала рот, несколько раз собираясь что-то сказать и замолкая. Трогала и трогала живот, кусая губы.

— Ступай, Дараха, более тебя не задерживаю, — первой нарушила молчание. — Не подведи меня, не заставь пожалеть о том, что Ларижа вместо тебя в доме Рахшары живет.

— Благословенна будь, эйра Айранир! — низко кланяясь, проговорила женщина, наверняка еще не до конца осознавшая, что только что произошло.