Книга Отвергнутая истинная, или Мыльное счастье попаданки, страница 47 – Виктория ГринЭри

Я вспомнила, как свалилась в Москву-реку.

— Только у нас это не озеро, а река. — Я разлила мятный отвар по кружкам. — То есть получается, чтобы туда вернуться, мне нужно окунуться в озеро?

Мама положительно кивнула.

— А ты хочешь вернуться? — в ее голосе послышалось разочарование. — Тебе здесь не нравится?

— Нет, что ты, — отрицательно покачала головой. — Мне очень нравится, просто… становиться второй женщиной короля и делить его с кем-то… Такой расклад меня не устраивает. — Вздохнула. — А он упрямый, как осел, честное слово. Заладил со своей «истинной», прохода не дает. — Потянулась за ватрушкой. — Знает, что красивый, что устоять перед его чарами почти невозможно, поэтому…

— Доченька, да черт с ней, с этой истинностью. — Нахмурилась мама. — Есть проблема поважнее! Семья короля очень опасна. Я же говорила тебе о…

— Кстати, об этом. — Рассказала маме о нашем разговоре с Энсгаром. — Так что, опасности нет.

Мама задумалась на мгновение, а затем ее лицо расплылось в счастливой улыбке.

— Да ты что! Мы живем здесь в уединении и вовсе не знаем о новостях. — Она встала из-за стола. — Завтра же расскажу сестрам. Вот радость будет! Наши мужчины наконец себе невест найдут в столице!

Ах, так вот почему здесь так мало женщин…

* * *

На следующее утро, придя в мыльную лавку отца, я услышала надрывный плач из кладовки. В панике подумала, что кто-то обидел Снежинку, и распахнула дверь как шериф в вестерне.

И что же я увидела? Куница лежит на кучке соломы, заливаясь слезами и громко сморкаясь в маленькую тряпочку.

— Милая, что случилось?

— Пушистик, — голос Снежинки дрогнул, — он почти признался мне в любви. — Снова высморкалась в платочек. — Как он мог…

Непонимающе тряхнула головой.

— Так, милая. — Опустилась рядом и принялась поглаживать по голове. — Расскажи мне все.

Снежинка подняла полные слез глазки. Прыгнула мне на ноги и свернулась клубочком.

— Он бросил меня, а-а-а, — надрывный всхлип. — Сказал, что у него срочные дела, а потом ушел…

— Но, это же не значит, что он тебя бросил, Снежинка.

— Еще как значит! — Потерла глазки лапками. — Обычно, когда почти признаются в любви, не уходят.

Я задумалась. Ну, в чем-то она была права.

— А как именно он признался? Ну, что сказал?!

— Без винограда, я не в силах… — Обняла себя за хвостик. — Хозяйка, ты же принесешь мне его?

Вот же маленький манипулятор…

Вернувшись с лакомством, протянула Снежинке.

— Впрочем, зачем мне этот Пушистик. — Взмахнула хвостиком и горделиво уселась на полке с солеными огурцами. — Пусть теперь локти кусает, что такую царицу упустил. — Принялась жевать виноградинку, с видом победительницы, которая уже забыла о своем горе.

В скромности Снежинки не занимать.

— Так как признался то?

— Ой, подруга, — деловито махнула лапкой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Сказал, что у меня… — снова всхлип и сопли, — самый красивый хвостик, а-а-а.

— Не знаю, успокоит ли тебя эта информация, — я потянулась за банкой. Как раз из дома прихватила фрукты и овощи. Приготовлю винегрет. — Он вернется через две недели. — Осталось лишь найти, чем открыть. — Королю Энсгару пришлось улететь по неотложным делам в столицу. Вот и Пушистик с ним.

Услышав мои слова, Снежинка тут же встрепенулась и подозрительно затихла.