Книга Охота на княжну, или Сердце демона, страница 7 – Елена Легенькая

Было отчётливо видно, что Акир держится из последних сил.

— Не брешут, значит, о близнецах. Если Акиру ещё и небольно, то это чистый восторг. Аххах… Так что, Акир, довыпендривался? Колись давай, больно или нет? — обратился Бард к наследнику седьмого дома, чуть ли не капая слюной.

Ответа не последовало. Акир прикрыл глаза и сильнее сжал челюсти так, что выступили желваки на скулах.

— Балбес! Магия у него на нуле, так он последние жизненные силы ей отдаёт. Причём поток по каналам мощный, сильный, — продолжил свой монолог Бард.

Неуместное веселье жреца смерти вызвало у меня раздражение. Но сейчас не до того, чтобы делать замечания. Осмотрев раны друга, я пришёл к выводу, что регенерация не проходит из-за кинжала в теле Кары. Силы, отдаваемые Акиром, утекают впустую.

Потянувшись к рукояти кинжала, задержал взгляд на своей руке. Кожа постарела лет на сто, но упадка сил или слабости не ощущаю.

— Куда клешни свои тянешь⁈ — вскрикнул жрец, и я отдёрнул руку, не успев прикоснуться к оружию.

— Ну что ещё? — спросил я, слегка прицыкнув, за что был одарён осуждающим взглядом, как нашкодившее дитя.

— Вы пока летели, тебе голову что ль припекло? Моуч, — указал пальцем Бард на кинжал в теле Кары. — Я знавал его собратьев. Противное оружие, опасное. Если сразу-с его не извлечь, то всё… Можно прощаться с жизнью. Как только начинаешь вытягивать кинжал, зазубрины на лезвии увеличиваются, сильнее-с проникая в плоть и причиняя неимоверную боль, вбирая в себя магию и жизненные силы, подобно болотной пиявке. Поговаривают, что эти кинжалы даже жрут душу.

Сказать, что я ничего не понял, было бы самой спокойной реакцией на сказанное.

— Однако-с это всё неточно и требует многочисленных проверок, — заверил меня Бард.

— Твои предложения? — спросил я, потирая переносицу. В Артефакторике и ритуалах с жертвоприношениями я разбираюсь плохо. Не мой профиль.

— Зенками не хлопать, а выбирать, кого спасать будем. Я за пацана. С ним возни меньше.

— Тут и выбирать нечего. Княжеские дома наследуются по мужской линии, а наследник у князя один.

Бард понятливо кивнул и призвал силу, рисунки на его теле засветились. Подойдя вплотную к Акиру, он опустился рядом с ним на одно колено.

— Помогать буду, — обратился жрец к Акиру. — Ты должен оборвать связь с сеструхой, слышь? Шустрей давай, иначе вдвоём помрёте.

— Нет, — едва слышно, но утвердительно ответил Акир.

«Упрямец», — подумал я про себя, а вслух произнёс совершенно другое.

— Отпусти. Ей уже ничем не поможешь. Она умирает и тебя за собой тянет.

— Сказал же, нет! Делайте что хотите, но она должна жить. Со мной всё будет в порядке. Отец уже близко, я чувствую. Ты же знаешь тайну нашего рода, — подытожил своё решение наследник и посмотрел исподлобья вопросительно на меня.

— Знаю, но это ничего не меняет. Отпусти её, или я отрублю твою руку к чертям собачьим! — не скрывая раздражения, я буквально прорычал. Вся ситуация начинает меня злить из-за утекающего сквозь пальцы времени. Риск — дело благородное, но не всегда оправданное.

— Ага, щас. Разбежался! Даже не подумаю, — стоял на своём Акир.

— Совсем сдурел?

— Я в своём уме, Эйнар, и прекрасно помню, что ты мне должен, — вопросительный взгляд Акир сменил на грозный взор. — Пришло время отдавать долги.