Книга Подарок с характером, страница 130 – Ольга Кобзева

Мы пришли в хозяйские покои. Лисанна деловито раздвинула платья в громадном гардеробе, вытащила одно, нежно-голубое, совершенно точно подходящее и моим глазам, и волосам. Она же помогла быстро переодеться, поколдовала над прической… я даже не смотрела на конечный результат, но судя по глазам Лисанны, она результатом осталась довольна.

Пока одевалась размышляла над ее словами. Точно ли я готова рискнуть здоровьем ребенка ради… ради чего? Призрачного шанса, что он увидит меня вот такую нарядную, красивую и его сердце дрогнет? Если до сих пор не дрогнуло, уже вряд ли.

Мы спустились вместе по лестнице. Едва не оступилась, полностью поглощенная своими мыслями, сомнениями. Салиш была тут же. Теперь на меня с волнением смотрели три пары глаз.

— Идем? — не слишком уверенно спросила Лисанна, выпуская крылья.

Посмотрела на нее еще раз, снова взвесила все за и против.

— Нет, — мотнула головой, проявляя благоразумие. — Нет, спасибо. Я… не стану рисковать самым дорогим, чем наградили меня Боги, — отступила на шаг. — Не стану. Простите, что задержала…

Тяжело, как же тяжело.

— Обряд меньше, чем через четверть часа, — ненавязчиво напомнил Эвандер.

Лисанна посмотрела на меня вопросительно, получила очередной отрицательный кивок и предложила закрыть глаза. А я еще несколько минут после их ухода убеждала себя, что слезы на моих щеках… они от яркой вспышки.

— Я в сад. Пройдусь. Одна, — остановила собирающуюся меня сопровождать Салиш. — Пожалуйста, хочу побыть одна.

И девушка отступила, хотя и не слишком охотно.

Медленно прохаживаясь по ухоженным дорожкам, вспоминала наше со Свейлоном знакомство. Момент, когда увидела его впервые, наши споры, поселение в горах. Наши ночи… как мало их было.

Вспоминала лицо Свейлона, каждую черточку, каждую морщинку, когда он хмурится, складку у губ, что так часто появляется, когда светлейший недоволен. А он часто недоволен. Ворчит. Но при этом заботится обо всех вокруг, ничего не требуя взамен. Не ища одобрения или похвалы.

Положила обе ладони на живот и тихонько рассказывала своему малышу о его папе. Слишком ответственном, но самом лучшем правителе, какой только мог достаться Аквадии. Рассказывала о многочисленных достоинствах Свейлона. Как бы то ни было, а я точно не стану уподобляться тем женщинам, что после расставания льют грязь на отца своих детей. Взращивают в них неприязнь и ненависть. Нет, у моего самого лучшего в мире ребенка самый лучший в мире отец, и никак иначе!

Наткнувшись на увитую цветами арку, остановилась. Став под ней, я вдруг так ясно представила Свейлона, словно он стоит передо мной. Почему-то представляла его под вот такой же аркой из ярко-алых цветов. Закрыла глаза, протягивая вперед руку, словно касаясь его лица, обводя пальцем губы…

Внезапно меня оглушил шум десятков голосов. Резко распахнула глаза и не сразу смогла понять, где нахожусь. Я вдруг оказалась посреди круглой каменной залы, украшенной цветами и лентами. Рядом со мной и правда стоял Свейлон. Тут же была и Осана, а еще Тревор. Чуть дальше заметила Лисанну с Эвандером. Гомон создавали десятки гостей, стоящих вокруг нас. Свейлон шагнул ближе и взял за руку, странно при этом косясь на меня. А я не могла отвести глаз от скрепленных рук Тревора и Осаны. Скрепленных в прямом смысле — связанных белой лентой. Высокая фигура Тревора загораживала от меня скромного служителя храма, росточком мужчина явно не вышел, вот я его сразу и не заметила.