Книга Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта, страница 44 – Алиса Князева

— Это не то, что ты думаешь, — говорю я, глядя прямо в эти страшные глаза. — Томас только помогает мне с ремонтом. Он плотник!

Кайндар переводит взгляд с меня на Томаса, и я физически ощущаю, как температура воздуха вокруг нас повышается. На мгновение его глаза вспыхивают золотом, показывая, что зрачки сузились в вертикальные щели — верный признак того, что дракон внутри него вот-вот сорвётся.

— Плотник, — повторяет он с таким презрением, что это слово превращается в оскорбление. — И часто ли ты требуешь от своих… работников таких фамильярностей?

Я слышу за спиной движение — Томас сделал шаг вперёд.

Нет, нет, нет! Я снова прижимаюсь к Кайндару, заставляя его смотреть только на меня. Вцепляюсь в его плечи с силой, которой я сама от себя не ожидала.

— Он действительно просто делает ремонт! — говорю я, вкладывая в свой голос всю убедительность, на которую способна. — Мы смеялись, потому что смогли починить водопровод! Только и всего!

Кайндар не верит мне, вижу по сузившимся глазам, по тому, как напряглись мышцы его челюсти. Но во мне просыпается упрямство, не менее сильное, чем его ярость.

Я не позволю ему причинить вред невинному человеку.

— Плотник, — Кайндар не смотрит на меня. — Дам совет, который может спасти вашу жизнь.

Я пытаюсь заговорить, но Кайндар сжимает моё запястье — не больно, но достаточно крепко, чтобы заставить замолчать. Его глаза не отрываются от Томаса, который, я чувствую, застыл позади меня.

— Если вы когда-либо снова приблизитесь к этому поместью или к моей жене, — продолжает Кайндар с ледяным спокойствием, — я уничтожу всё, что вам дорого. Ваш дом. Мастерскую. Репутацию. Семью, если она у вас есть. Друзей, всех, кто для вас важен. И, наконец, вас самих. Я могу сжечь вашу жизнь до тла, не оставив пепла. Это не угроза. Обещание.

Воздух вокруг нас становится таким густым и горячим, что трудно дышать.

— Томас, — говорю я, не оборачиваясь, — пожалуйста, уходите. Всё будет хорошо.

Долгая, мучительная пауза. Затем я слышу поспешные шаги по дорожке, удаляющиеся в сторону ворот. Слава богам, он ничего не спрашивает, не уточняет. Должно быть чувствует и понимает, с кем я связана. Только когда звук его шагов полностью стихает, я выдыхаю.

Но облегчение длится лишь мгновение. Теперь, когда мы остались одни, гнев Кайндара, сдерживаемый тонкой плёнкой самоконтроля, обрушивается на меня.

— Как ты смеешь устраивать подобное? — рычит он, отпуская моё запястье и делая шаг назад. — Семьдесят лет, Мариан! Семьдесят лет брака, и ты позволяешь какому-то ничтожеству прикасаться к тебе так, будто он имеет на это право?

Моё собственное терпение лопается, как перетянутая струна. Теперь, когда Томас в безопасности, страх уступает место гневу, не менее яростному, чем у Кайндара.

— Мы больше не женаты! — кричу я, и мой голос эхом разносится по заброшенному саду. — Ты же сам решил так! Теперь я живу здесь! И я буду делать всё, что захочу! Теперь у меня есть свой дом. Своя жизнь.

Кайндар смеётся, и от этого звука кожа покрывается мурашками.

— Ты настолько одичала всего за день, что стала позволять каким-то оборванцам прикасаться к себе?

Я делаю шаг назад, к дверям дома.

— Убирайся.

Кайндар прищуривается, его глаза снова опасно темнеют.

— Как я могу, если ты показываешь себя совершенно неприспособленной к жизни и самостоятельности? Как собираешься ремонтировать это место? На какие средства? Или твой… плотник работает за другую плату?