Книга Ненужная жена. Хозяйка сада пустоцветов, страница 107 – Алиса Князева

— Но почему сейчас? — массирую виски, пытаясь понять. — Почему не когда мы впервые встретились? Или когда... когда я узнала о ребёнке?

— Может быть, потому что только сейчас вы оба по-настоящему увидели друг друга? — предполагает Клевер. — Без масок. Без игр в силу и власть.

— Я не знаю, что делать, — признаюсь, ощущая, как глаза начинает жечь от непролитых слёз. — Это слишком... внезапно. Страшно.

— Чего именно ты боишься?

Хороший вопрос. Чего я боюсь? Драксена? Уже нет, не так, как прежде. Боли? Возможно. Но больше всего...

— Я боюсь, что не смогу соответствовать, — шепчу. — Что метка появилась по ошибке.

Клевер тихо фыркает:

— Глупости. Метка истинности не ошибается. Дело не в соответствии, а в том, что ваши души дополняют друг друга.

— Ты сейчас звучишь как старый мудрец, а не как вредный кот, — слабо улыбаюсь.

— Я полон сюрпризов, — Клевер потягивается. — А вот и твой дракон.

Поднимаю глаза и вижу Драксена, стоящего у входа в беседку.

— Можно? — спрашивает он, и в этом простом вопросе слышу уважение к границам, которого никогда не было раньше.

Киваю, и лариан входит, садится на скамью напротив.

— Я не собираюсь давить на тебя, — говорит он, глядя на свою метку. — Я знаю, что это... неожиданно.

— Мягко сказано, — вздыхаю. — Что эта метка означает... на самом деле? Какие у неё последствия?

— Она ничего не меняет, если мы того не хотим, — отвечает он спокойно. — Она не создаёт новых уз, не усиливает существующие. Это просто... признание.

— Признание чего?

— Того, что мы можем быть больше, чем сумма наших частей, — он смотрит на меня прямо, открыто. — Того, что вместе мы сильнее. Цельнее. Но это не принуждение и не судьба, от которой нельзя отказаться. Это возможность, Илория. Не более.

— Тогда почему я ощущаю это так... интенсивно? — касаюсь метки кончиками пальцев. — Почему чувствую, словно внутри меня что-то изменилось?

— Потому что, возможно, так и есть, — он вытягивает руку, показывая свой узор. — Я тоже это чувствую. Словно... проснулось что-то спящее. Что-то, что всегда было частью меня, но я не замечал.

Молчим некоторое время. Ветер шелестит листьями, солнце просвечивает сквозь зелень, создавая причудливые узоры света на деревянном полу.

— Метка не принуждает, Илория. Она просто показывает, что стоит попытаться. Снова. По-настоящему.

Клевер, молчавший всё это время, вдруг подаёт голос:

— Он говорит правду. Я чувствую.

— И… что теперь? — спрашиваю, сама не зная, что хочу услышать в ответ.

— Это решать тебе, — Драксен протягивает руку, но не касается меня. — Но я бы предложил... остаться. Сегодня. Не возвращаться в гостиницу.

— Зачем?

— Потому что я не хочу, чтобы моя жена жила не дома. А пока я восстанавливаю поместье пустоцветов, ты могла бы остаться здесь. О тебе позаботятся не хуже.

— Устал тратить на меня деньги? — вскидываю бровь.

— Нет, — он ухмыляется. — Я нашёл в тратах на тебя плюс, ведь если я я могу позволить себе оплачивать даже самые странные желания жены, это говорит о моём достатке.

— Ты снова свёл всё к своей зависти, — закатываю я глаза.

— Да. Тебе стоит смириться с тем, что это часть меня и мой порок, — Драксен разводит руками, а после добавляет. Настойчиво, — Оставайся.

Задумываюсь, глядя на метку. Она уже не кажется чужеродной — наоборот, будто всегда была частью меня. Странное ощущение завершённости, которого я не испытывала прежде.