Книга (не) Любимая жена северного Вепря, страница 23 – Арина Теплова

Я даже выдохнула облегченно. Значит просто хотел развестись. Не убить. А я уж было подумала...

— Сейчас разведись, — потребовала Пересвета.

— Не могу. Помощь Налагии нам нужна. У них закалённые воины, пригодные к войне в суровых условиях и боевые медведи. Без них нам не одолеть мангрийцев.

— Но это так долго Руслан. А она твоя жена и может постоянно быть с тобой рядом, целовать тебя, любоваться тобой. И от этого мне так больно.

— Да я даже не прикасался к ней, Пересвета. Пальцем не тронул. Ты не должна ревновать.

Ага — ага, не прикасался. Едва не принудил к близости ночью, а с утра таскал по комнате словно куклу.

Я даже поморщилась от его неприкрытой лжи.

— Как же не ревновать? — не унималась эта тихоня. — Она такая красивая. Её все мужчины хотят.

— И что? Я не хочу эту змеюку.

— Это дело времени. Чую она соблазнит тебя, сокол мой ясный. Она это умеет. А я не вынесу этого. Умру с горя.

Да… эта наглая Пересвета давила на него знатно, манипулировала только так.

— Хочешь я даже больше не взгляну на нее? И не заговорю с ней? — уже недовольно прорычал мой муженек, видимо очень боялся, что возлюбленная отлучит от своего тела.

— Хочу! Хочу, чтобы ты отослал её одну в свое княжество, а сам остался здесь со мной.

— Так и будет. Только отвезу её в княжество, чтобы не сбежала по дороге. И вернусь к тебе, яхонтовая моя.

Слова Руслана задели меня. Он и не собирался расставаться со своей зазнобой. Тайком встречался с ней и мечтал воссоединиться. Хотя этого и следовало ожидать. Жена — женой, а любовь к другой.

Индюк на сене! И меня не отпускал от себя и о разводе не желал слушать, и Пересвете лапшу на уши вешал. Я же хотела спокойствия и одиночества, а не унизительной роли жены, которой изменяли уже через сутки после объявления союза.

Интересно они были любовниками?

Вмиг приняв решение, я развернулась и направилась обратно в свою спальню.

Все желание идти на пир мгновенно пропало.

Отпустила свою горничную Марику спать. Сама разделась, улеглась в постель, но заснуть не смогла. Слишком много мыслей кружило в голове. Спустя час, измучившись, поднялась и, достав из сундука нужные предметы: перо, чернила, пергамент и книгу, уселась за дубовый стол. Решила снова продолжить изучение написания слов этого мира. Письменность в империи и Налагии была двух видов: для правшей и левшей. Первую, за год пребывания в этом мире, я уже изучила, а вторая, для левшей, написание справа налево, была труднее, и именно её теперь изучала.

Уже ближе к полуночи в мою спальню постучали. Осторожно и тихо.

Я встрепенулась. Явно не Руслан. Он бы вошел без стука. Накинула платок на плечи и, босая, поспешила к двери. Пришлым оказался один из ратников — телохранителей императора. Увидев меня в ночной длинной рубашке и расписном платке, с распущенными волосами, он смущенно опустил глаза в пол и глухо пробормотал:

— Император спрашивает, отчего царевна Елана не посетила сегодняшний пир?

— Передай, что я плохо себя чувствую, голова болит, — ответила я просто. — И сегодня, к сожалению, не приду.

— Император будет гневаться.

— Что с того? — хмыкнула я. — Можешь добавить, что я поругалась с мужем, оттого голова и болит.

Решила вдруг отомстить этому герою-любовнику за то, что он зажимался по углам с Пересветой, а должен был думать об империи и обо мне! Пусть теперь оправдывается перед папочкой, отчего жена бунтует.