Книга (не) Любимая жена северного Вепря, страница 111 – Арина Теплова

Глава 60. Плен

Десять долгих дней я сидела в жуткой башне. Одна, в каменной темнице с узким окном и железной оковой на ноге. Моя цепь позволяла только дойти до деревянного ложа с грязной подстилкой и до зловонной дыры в углу, служившей отхожим местом.

Мой тюремщик раз в день приносил мне кусок хлеба и воду. Это было единственное меню на все эти страшные дни. На третий день я ощущала уже зверский голод, но тюремщик сказал, что царь не велел давать мне еды больше двух ломтей хлеба в день.

Ещё в первый день я потребовала принести мне какую-нибудь тёплую одежду или одеяло. В этой сырой башне было холодно. Благо, что вообще было лето, зимой бы в этой темнице я бы точно окачурилась от холода. Тюремщик сжалился только на третьи сутки. Притащил откуда-то два старых плаща. В один я закуталась, вторым стала укрываться ночью.

Свечей мне не давали, как и никто не приходил и не разговаривал со мной. Хотя я постоянно требовала, чтобы пришёл царь Углеб. Охранник приносил хлеб и воду, просовывал их через решётку и молча уходил.

Оттого я не знала, что происходит снаружи. Пошёл ли мой муж на сделку с Углебом в обмен на мою жизнь или же решил оставить меня в лапах этого чудовища? Второе было более вероятно.

И я бы поняла Руслана. Или моя одна жизнь или сотни жизней несчастных жителей, которых теперь шаг за шагом освобождала армия моего мужа.

Когда-то был в этом мире человек, который бы точно попытался освободить меня из этой башни и из темницы Углеба. Умер бы, но сделал бы всё, чтобы спасти меня. Мой дядя Рогдан. Но теперь он был на том свете, потому моя надежда на спасение из этого каменного мешка была очень призрачной, только если Руслан пойдёт на переговоры с Углебом.

На одиннадцатый день в мою башню пожаловал сам самозванец восточной Севирии Углеб. В каком-то праздничном кафтане и лёгкой кольчуге он зашёл в мою каменную темницу и оглядел меня. Его телохранители остались стоять в тёмном коридоре.

— Как ты, царевна? — спросил он.

Я недовольно зыркнула на него и произнесла с достоинством:

— Освободи меня, Углеб. Мой муж никогда не пойдёт на твои условия, и моя смерть будет напрасна.

Я прекрасно знала, что если Руслан откажется от сделки, Углеб без жалости убьёт меня в отместку. Даже не сомневалась в этом.

Углеб поменялся в лице, и в его глазах заполыхала дикая злость.

Он подошёл ко мне и, грубо схватив ткань на моей груди в кулак, приподнял меня к себе и, наклонившись, прорычал:

— Ты права, царевна. Этот ублюдок вместо того чтобы отвести войска от этой крепости, как я велел, стягивает всё новые и новые силы. Я послал к нему уже трёх гонцов, но он и слышать не хочет о переговорах.

— Я предупреждала тебя об этом.

— Значит, ты сдохнешь, царевна.

— Я княгиня. И впредь именуй меня именно так, Углеб, — процедила я в ответ и ударила его по руке. — Пусти!

Если уж мне суждено умереть в этой темнице, то я хотела, чтобы в памяти я осталась именно как княгиня Адаманского княжества. Чтобы люди помнили обо мне именно так.

Углеб как-то криво оскалился и всё же убрал от меня руку.

— Храбришься? А зря. Если через три дня твой муженёк не отведёт войска, я сам перережу тебе глотку! Поняла?

— Поняла, — ответила тихо я и села на деревянное ложе, отвернулась.

— Но я предлагаю сделку тебе, царевна.