Книга Лекарь для дракона, страница 81 – Майя Фар

Внезапно одна из огневушек подбежала ко мне и поклонилась:

— Госпожа, мы рады, что вы пришли к нам, это большая честь, — сказала она.

Я ничего не поняла. Сначала подумала, что они хотят чаевые или деньги. У меня было немного мелочи, я достала её, но девушка замотала головой:

— Нет, нет.

Вдруг подбежали остальные, и они стали водить вокруг меня хоровод. Люди расступились, освобождая пространство, вокруг меня взметнулось золотое пламя. Мне стало тепло, и внутри тоже стало тепло. Я почувствовала, что та тревога, которая снедала меня, и беспокойство ребёнка, которое я чувствовала весь вечер, ушли.

Вдруг стало ясно, что всё будет хорошо. Огонь вокруг меня смыл всё то, что тревожило, то, о чём не надо было тревожиться. И мне показалось, что вот сейчас, сейчас я пойму, зачем я здесь, где на самом деле находится правда.

Но хоровод распался, и огневушки побежали по всей площади, разнося пламя и свет. Люди пели и хлопали. Я ещё немного постояла, но танец больше не повторился.

Пришли другие музыканты, заиграли совсем другую музыку. Люди начали танцевать. Ко мне подошёл сначала один мужчина, потом, увидев, что я беременна, отошёл. Второй тоже испугался, да я и сама не очень хотела танцевать.

Я решила никого не смущать и пойти уже отдыхать в Академию. На улице было тепло, мягко горели фонари, музыка с площади летела мне вслед.

Я шла. В голове у меня звучала музыка, под которую танцевали «огневушки», почему они окружили меня, что во мне такого, кроме того, что я попаданка?

Я вспоминала это пламя. Мне казалось, что протяни я руку, и оно бы не обожгло меня, потому что это было что-то родное, что-то моё, что-то, что было частью меня. Почему, я не знала. И не было никого, чтобы ответить мне на этот вопрос.

Темнело. Чем дальше я отдалялась от центра, тем более тусклым казался свет фонарей. Я поспешила покинуть безлюдную улицу и выйти на широкий проспект, ведущий к Академии.

И вскоре я подошла к крепостной стене, окружавшей Академию, и вдруг увидела знакомую фигуру: мощный, широкоплечий, мрачный, он вышагивал возле стены, словно размышляя, разнести её или перепрыгнуть через неё.

Обойти его не было никакой возможности. Поэтому я подошла и спросила:

— Дер-генерал?

Он обернулся. Глаза его загорелись. Я впервые так близко увидела вертикальный зрачок, сияющие бронзовым золотом глаза, и не смогла отвести взгляд.

— Леди… — сказал он.

— Госпожа, — поправила я его.

— Простите. Я смотрю на вас и не понимаю, почему я должен называть вас «госпожа». Вы леди, вы… — сказал он, и мне стало страшно, что он сейчас скажет и я поспешила перебить его:

— Дер-генерал, вы ошибаетесь.

— Простите, госпожа. Я пришёл сюда, чтобы найти вас. Простите, что ужин получился несколько испорченным. Я не понимаю, что со мной произошло… — генерал замолчал, прикрыл глаза, сделал глубокий вдох, выдохнул и вдруг сказал: — Вы позволите взять вас за руку?

И он сделал полшага ко мне.

Я непроизвольно спрятала руки за спину.

Генерал заметил этот жест и отступил.

— Простите, госпожа Лия. Просто я завтра улетаю, и меня, возможно, не будет какое-то время. Я хотел попрощаться.

— До свидания, — сказала я ему.

А он смотрел мне в лицо и молчал.

И я поняла, что не хочу прямо сейчас уходить от него. Мне нравился этот взгляд, жадный, ненасытный, мужской.