Книга Трактир попаданки "Волшебный кабачок", страница 21 – Натали Берд

Кожа вся вздыбилась, покрываясь мелкими мурашками, стянулась от холода, выставляя напоказ самое сокровенное. Одной рукой прикрывая грудь — кто бы видел! Умора! Голая, с прикрытой ладонью пышной грудью. Что скрываю? Непонятно! В мою ладонь и одна с трудом входит, а тут сразу две. От этой мысли рассмеялась в ладошку, прижав ее поплотнее к губам, я поднимаю полное ведро, опрокидывая его на себя, с трудом сдерживая рвущийся наружу визг, и слышу, что сзади кто-то есть. Волосы на шее встают дыбом, разгоряченная от холодной воды кожа, покрывается липкими мурашками, теперь уже ужаса. Оборачиваться страшно, очень! Но нужно. Я медленно начинаю разворот, внимательно разглядывая все, что могу увидеть в густом тумане, но за спиной пусто! Лишь листва, наклонившегося до самой земли дерева, с тихим шелестом колышется в воздухе. Выдохнув с облегчением, намыливаю горящее огнем тело и снова опрокидываю на себя ведро воды.

— Хорошо! — мой возглас, больше на стон был похож.

Быстро укутавшись в объемное махровое полотенце, с удовольствием расправив плечи, наслаждаясь энергией, заструившейся по венам, побежала в мокрых пластиковых тапках к крыльцу, на котором, зажав в зубах травинку, стоит Борис, сложив в замок руки на груди, и насмешливо смотрит на меня сверху вниз.

Во рту мгновенно наступила засуха, а на щеках разгорался пожар.

— Давно здесь? — медленно поднимаясь на крыльцо, спрашиваю у мужчины, жадно меня рассматривающего — Я гостей позже ждала.

— Есть хочу. Ты обещала покормить. — Пропуская меня вперед и снова словно принюхиваясь, с хрипотцой в голосе, говорит он.

Сердце делает кульбит, и так учащенное дыхание, сбивается на рваные вдохи. Воздух в легкие не поступает, они горят, судорожно сокращаясь, пытаясь получить живительный глоток кислорода. В глазах темнеет, и я, привалившись к стене боком, стараюсь унять взбунтовавшийся организм.

— Ты чего? — наклоняется ко мне Бор, стараясь не касаться моей обнаженной кожи. — Я ничего не видел! Не переживай, услышал шум воды, сунулся, почувствовал твой запах и ушел.

— Что ты почувствовал? — просипела, стараясь унять головокружение. — Запах? Ты зверь?

— А то сама не видела? — Хмыкнул Борис, обходя меня на значительном расстоянии. — Я пока взвар приготовлю, а ты ступай, переоденься, а то думать мешать будешь. — Со смехом закончил парень, скрываясь на кухне.

— Боже! — простонала, вспоминая вчерашний инцидент с Агатой, — Он же оборотень! И луна ночью полная была! А если бы съел? — Влетая в нашу спальню, закрывая дверь на щеколду, привалившись к теплому полотну и скатываясь по нему на деревянный пол. Тут же вскочив — нужно одеться, я завернутая в огромную простыню тоже вызываю кучу вопросов.

Скинув с плеч сырое покрывало, подбежала к дочке — проверить все ли в порядке, и нырнула в чемодан, в поисках подходящей одежды.

Выудив оттуда сарафан — единственное, что подходило, как мне казалось, к ситуации. При этом кожа снова сигнализирует о том, что холодно! Я обнажена! Пора одеваться. По крови растекается адреналин, ударяя в голову хмельным коктейлем. Улыбка невольно появляется на лице, а вместо ужаса вспыхивает нетерпение — поскорее спуститься и само́й увидеть потрясение на его лице, абсолютно в этом уверена! Повертевшись перед зеркалом, поправив волосы, собранные в увесистую шишку на затылке, в сотый раз аккуратно поцеловав дочку, выскользнула из комнаты, чтобы накормить досыта волка!