Онлайн книга «Попала в книгу Главной злодейкой»
|
Я резко открыла глаза, пораженная этой новостью. — Но он ничего не знал! Он просто… — Он позволил тебе стать инструментом, — перебил Император, и его голос не допускал возражений. — В моем государстве этого достаточно для приговора. Отныне твое имя принадлежит только мне. И твоя жизнь тоже принадлежит мне. Он поднялся, и я увидела, как его высокая фигура заслонила свет свечей. — Спи, — приказал Император. — А завтра ты наденешь то снебесное платье, которое я выбрал, и мы покажем двору, что «хозяйка» Восточного крыла теперь — единственная женщина, чье слово имеет значение в этом замке. Он развернулся и вышел, оставив меня одну в этой огромной, пахнущей его присутствием спальне, где стены, казалось, все еще хранили отзвуки криков казненных сторонников моей бедной тетушки. Йоли появилась сразу же, как только за Императором закрылась дверь, вновь подала мне воды, потом какое-то зелье, а потом: — Письмо от вашего отца лорда Гладиара, моя госпожа. Руки дрогнули. И пусть я не была настоящей дочерью этого человека, чьего имени даже не знала, в книге оно или упоминалось, или нет — моя память его не зафиксировала. В любом случае, теперь я предательница семьи… — Скорее, читайте, мне нужно его сжечь, — напомнила о суровой бытности Йоли. С трудом сев на постели, торопливо развернула послание и прочла ошеломительное: «Дочь моя, не волнуйся ни о чем — твои старшие братья вовремя покинули столицу и ныне находятся в Вечном Лесу, а я ожидаю тебя в столице, в старом доме Йоли. И буду ждать столько, сколько времени тебе потребуется, чтобы добраться до меня. Мне жаль, моя маленькая, что тебе пришлось пройти через все это. Мне так жаль! Жду тебя, малышка, и помни — ты сильнее, чем думаешь». Буквы расплывались перед глазами, пока я перечитывала эти строки. Отец, которого я считала холодным дельцом, видевшим во мне лишь «выгодный вклад», писал о сожалении и любви. В оригинальном сюжете не было ни слова о братьях в Вечном Лесу — там семья Лириэль просто исчезала со страниц книги после казни главной злодейки. «И помни — ты сильнее, чем думаешь»… В этом коротком предложении было все — и признание моих сил, о которых я сама не подозревала, и негласное благословение на борьбу. — Сожги немедленно, — приказала я Йоли. И обессилено легла, чувствуя под собой мягкость императорских простыней, которые теперь казались мне колючими. Каждая минута пребывания здесь казалось наказанием. Завтра придет Эрмери — возможно, единственный человек, что сможет мне помочь… В тишине спальни снова послышались шаги. Дверь кабинета открылась, и вошел Император. Он сменил тяжелый мундир на более легкий домашний камзол, но бледность и ледяной блеск в глазах никуда не исчезли. В руках он держал небольшой поднос с чашей, от которой исходил тонкий аромат наваристого бульона с травами. Жестом приказав Йоли удалиться, Император сел на край постели — туда же, где сидел недавно, — и поставил поднос на колени. — Ты должна поесть, — произнес монарх, и в его голосе проступила странная смесь приказа и какой-то пугающей, непривычной заботы. Он зачерпнул ложку бульона, осторожно подул на нее и поднес к моим губам. Я замерла. Властелин империи, человек, который только что хладнокровно вырезал половину двора и приговорил мою семью к изгнанию, сейчас собирался кормить меня с ложечки. |