Книга Ангел-хранитель для заблудшей души, страница 37 – Елена Казанцева

Пока она возилась с туркой, на кухне появился Ангел.

— Ты что тут делаешь, — зашипел на Кота Ангел.

— Не твое дело, — прошипел в ответ Кот. — Я тут ем.

— Это моя подопечная, у тебя есть твой. Пошёл вон!

— Не смей меня прогонять! Я тут поживу. У меня дома нет, а я животное с тонкой организацией души!

— Ты животное! Вот! Поэтому пойдешь вон!

Лариса не выдержала.

— Пошли оба вон! Мне только баттла между двумя ангелами не хватало.

Ангелы замерли и уставились на неё. Кот попятился.

— Ты же добрейшая из добрейших не лишишь меня вожделенной чашечки кофе и кусочка пирога с начинкой? — Кот вновь состроил жалостливые глазенки.

— Какой же ты подхалим, — возмутился Ангел.

— Так, ты…

Но закончить ей не дали. Раздался звонок в дверь, и Лариса пошла открывать. Она даже не посмотрела в глазок, распахивая дверь. А там, за порогом, стояла её свекровь. Женщина была в ярости, разве что пена с губ ещё не падала.

— Ты… ты… ты… дрянь! — заорала она и толкнула Ларису внутрь. — Ты оболгала мою дочь.

Дверь за ней захлопнулась. Елизавета Павловна занесла кулак над головой своей невестки, но в этот момент, где-то позади, прозвучало: Доброе утро, дама, рад вас вновь увидеть.

Лара оглянулась, а её свекровь вытянула шею и заглянула за её плечо. Привалившись к стене плечом, там стоял Кот. Он держал в передних лапах чашечку с кофе и прихлебывал из неё, при этом чашку Кот удерживал тремя когтями, а один оттопыривал.

Свекровь побледнела, закатила глаза и рухнула, как подкошенная.

В дверь вновь позвонили. В этот раз за дверью стояла Клавдия Петровна.

— Ой, я смотрю, ты никак от трупа не избавишься, — довольно улыбнулась соседка.

— Да, гоню её, гоню, а она все возвращается, — подтвердила Лариса.

— Может лучше сразу закопать, я и место знаю, — предложила добрая бабушка.

— Нет, надо её оттащить в лифт.

— Что б он под этой собакой сломался, — сплюнула на Елизавету Павловну Клавдия Петровна. — Ну, потащили.

Они взялись за толстые лодыжки Елизаветы Павловны и потащили ту в сторону лифта. В этот момент из лифта вышел сосед, здоровый бугай в татуировках.

— Клава, ты старушку замочила? — удивленно уставился он на Елизавету Павловну.

— Типун тебе на язык, — зашипела на него старушка.

— Если чо, то я не при делах.

— Лучше помоги в лифт загрузить, тяжелая каналия.

С помощью соседа и такой-то матери, Елизавета Павловна была помещена в лифтовую кабинку, и лифт был отправлен вниз.

— Уф, все, — они отряхнули руки, словно выбросили мешок с мусором.

И тут в дверях показался Кот.

— Хорошие у тебя хозяйка в этот раз получились пирожки, — сказал кот, ковыряясь когтем в зубах.

На лестничной площадке лежало уже два «трупа».

— Кот! — заорала Лариса.

— А чо? Я ни чё, они вон чё…

Через полчаса на кухне сидел сосед и соседка, они капали в рюмочку себе успокоительных капель и запивали их чаем.

— Привидится же такое, — бормотала Клавдия Петровна, отсчитывая себе сорок капель корвалола и кося глазом на кота.

Тот устроился на подоконнике, свернувшись клубочком, изображая домашнего Ваську.

— И не говори, Клава, надо бросать пить, — бубнил ей в ответ сосед. Он хоть и был мужчиной с весьма непростым прошлым, но отличался беззлобным нравом.

Лариса их поила чаем, угощала пирожками, и обещала себе надрать коту задницу, чтобы больше не эпатировал публику.