Книга Тайная сила врача-попаданки, страница 71 – Анастасия Гудкова

— Выходит, эта ваша принцесса так никому и не досталась? — пробормотала я, глядя на небо.

— Почему же? — возразил Савьер. — Нашлась целая планета, которая смогла выдержать ее пламя. Она стала спутником звезды...

— Постойте, разве обычно не наоборот? — удивилась я. — Планета-то больше...

— Дело не в том, кто больше, Мари, — покачал головой мужчина. — Дело в том, что звезда была такой яркой, что планета не смогла погасить ее свет.

— А она пыталась?

— Возможно, — пробормотал Савьер. — Пока я этого не понял...

— Почему мне кажется, что всякий раз вы говорите не о том? — прищурилась я. — Как будто в ваших словах стоит искать второй смысл.

— Не ищите, Мари, — посоветовал генерал. — Знаете, иногда куда полезнее слушать голос сердца, а не голос разума. А иногда наоборот...

— А чей голос слушаете вы? — вырвалось у меня. — Готова поспорить, что вы подчиняетесь лишь разуму.

— Издержки генеральской жизни, — грустно улыбнулся мужчина. — Не могу сказать, что не хотел бы иначе, но боюсь, мое сердце со мной больше не говорит.

— Или кто-то настолько глухой и упрямый, — буркнула я.

На это Савьер ответить не потрудился. Он меланхолично допивал какао, разглядывая звездное небо. Романтик, чтоб его! Нет бы что-то посоветовать... Я так надеялась, что он позвал меня, чтобы поговорить, но генерал действительно просто пил какао и молчал. Так и разошлись мы по комнатам, оставшись каждый со своими невысказанными мыслями...

На следующее утро я проснулась в таком мрачном расположении духа и отвратительном состоянии, что впору было взять больничный и никуда не идти. Жаль, в этом мире больничные целительницам не предоставлялись, а уж идти мне и вовсе было недалеко, буквально несколько шагов по коридору пройти.

Не прибавило мне радости ни лежащее на тумбочке колечко, подаренное Лероем, которое я так и не решилась надеть, ни записка, переданная Глорией. В ней Лерой выражал восхищение вчерашним вечером в таких выражениях, будто мы не в рабочем квартале тусили, а на приеме у ее высочества. К слову, сегодня вечером должен был состояться пресловутый ежемесячный бал, и не то чтобы лорд Бофер на меня давил или торопил с решением, отнюдь, он поставил мне настолько жесткий дедлайн, что я готова была только из-за этого отказаться. Впрочем, решение касалось только похода на бал и признания меня официальной по местным меркам невестой Лероя. С остальным я уже опрометчиво согласилась.

Благо, хотя бы сам жених ускакал по каким-то своим лордовским делам, так что времени у меня было ровно до вечера, прежде чем сам ог нагрянет по мою душу. И вроде бы Лерой — мужчина во всех смыслах замечательный, и предложение его вполне уместно, но я никак понять не могла, почему каждый раз, когда я об этом вспоминала, становилось не по себе.

На завтрак генерал не явился, а вездесущая Глория сообщила, что он все еще спит. Удивившись странностям сегодняшнего режима Савьера, я торопливо позавтракала сама, радуясь, что до слуг еще каким-то чудом не добрались слухи о моей помолвке. Потом прихватила завтрак для генерала и отправилась мучить его утренней зарядкой и массажем.

Мой пациент обнаружился в состоянии крайней задумчивости полусидячим на постели. Сна у него не было ни в одном глазу.

— Готовы к процедурам, мой генерал? — бодро спросила я, осторожно ставя завтрак на столик. — Чем быстрее все сделаем, тем теплее будет ваша овсянка.