Книга Мастер Ночи и белая кошка, страница 40 – Дарья Нико

Нужно подумать о хорошем, о чем-то радостном. Но вместо этого в мысли вмешался багрового цвета огонь и удушливое ощущение тяжести. И не удавалось возродить в памяти ничего светлого, ничего, за что можно было бы зацепиться и попытаться вытянуть себя на поверхность из этого неподвижного омута.

А потом из темноты потянулись руки. Множество рук. Они неотвратимо двигались прямо к ней, и Эрфарин понимала, что ей не уйти, не сбежать, не загородиться и не спрятаться. И в тот самый момент, когда они до нее дотянулись, когда своей стальной хваткой завладели каждым тайтом ее тела, девушка глухо вскрикнула и проснулась.

Высоко на потолке дрожали тени, и сперва Эрфарин показалось, что они — продолжение сна. Что они окажутся теми самыми руками и все-таки схватят ее. Но прошла секунда, две, а тени оставались тенями.

Девушка шумно выдохнула. В самом деле, она уже не маленькая, откуда столько страхов.

Тени — всего лишь игра света от небольшого светильника на низкой прикроватной тумбе. Свет был мягким и слабым, чтобы не мешать ей спать.

Потом последние события ярко развернулись перед внутренним взором, и Эрфарин призналась, что у нее вполне имеются все основания для жутких снов.

Ах да, кажется, она еще упала в обморок… Перед тем как сознание угасло, на нее накатило такое дурное чувство, что она не смогла его выносить.

Под эти размышления Эрфарин вновь вгляделась в потолок, потом сообразила осмотреться по сторонам. Комната выглядела совершенно незнакомой. В ее доме таких нет, а значит, она не в родовом особняке.

Просторная, почти не занятая мебелью, кроме самой необходимой: широкая кровать, тумба, пара стульев. Под приоткрытым центральным окном расположился небольшой столик с округлыми боками и придвинутое к нему мягкое кресло. У дальней стены высился внушительного размера платяной трехстворчатый шкаф. Весь центр комнаты застилал пушистый однотонный светлый ковер.

Никаких безделушек, никаких мелочей, никаких личных деталей. Эта комната явно никому не принадлежала.

Эрфарин оперлась на локти и приподняла себя. Оценила собственные силы и села. Никаких неприятных ощущений она при этом не испытала. Кажется, она успела отдохнуть. Тогда сколько она провалялась вот так в кровати? Часы на стене показывали время, да вот только… Как ни присматривалась девушка, так и не смогла различить ни единого лучика света снаружи.

Она спустила ноги с кровати, поднялась и дошла до окна. Очень темно, слишком. Даже для ночи.

— Странно, — пробормотала Эрфарин.

Она отвернулась, дошла до середины комнаты и распахнула внутреннюю дверь, обнаружив за ней широкую ванную комнату. Здесь оказалось также очень чисто, а все необходимые принадлежности аккуратно лежали на своих местах. Эрфарин подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение.

Никакого следа от той обидной пощечины, ни единой царапины или синяка. Она отлично выглядела. Должно быть, лечащий артефакт… поэтому она чувствует такой прилив сил.

Девушка оценила и то, что ее переодели. Спальный комплект оказался немного великоват, явно с чужого плеча, но это были сущие мелочи.

Хоть она и ощущала себя гостьей в этом доме, но не нашла причин отказываться от того, чтобы быстро принять ванну.

И после этой нехитрой процедуры почувствовала себя еще лучше. И, как она уже успела запомнить, в комнате на стуле лежал какой-то наряд…