Книга Истинная. Талисман генерала драконов, страница 34 – Любовь Оболенская

Но в этом мире мне пока что приходилось подчиняться его правилам, ибо умирать во цвете лев в биореакторе как-то не хотелось.

И потому я сейчас сидела перед зеркалом, наблюдая, как Люсия колдует над моими волосами... в самом что ни на есть прямом смысле.

В арсенале кастелянши присутствовали не только ножницы и расческа, но и куча всяких разноцветных пробирок, пузырьков и флакончиков, из которых Люсия в процессе создания прически периодически вытряхивала мне на голову то одну каплю, то несколько, а один раз прям содержимое целой пробирки вылила... От этих манипуляций мои волосы то шевелились, словно живые, то искрили, как под током, то начинали сверкать, будто облитые лунным светом...

— Моя бабка была парикмахершей короля в одной из вселенных Розы миров, — пояснила кастелянша. — И свое искусство передала мне. Так что будь уверена, на дуэли ты будешь выглядеть бесподобно!

В последнем я сильно сомневалась, представляя, что ночью мне во всей этой красоте еще придется как-то спать. Но, с другой стороны, я ж не на конкурсе «Мисс мира» готовлюсь выступать, а для дуэли и помятая физиономия вполне сойдет.

Кстати, в результате манипуляций кастелянши, прическа у меня и правда получилась симпатичная. А когда Люсия мне еще и лицо накрасила, то я прям впечатлилась результатом, хотя к своей внешности всегда была равнодушна.

— Осталось подобрать драгоценности под цвет твоих глаз, и можно считать, что подготовка завершена, — объявила кастелянша. — Пойдем примерять золото-брильянты.

— Может я уже спать пойду, — зевнула я. — Насчет драгоценностей сама подбери на свой вкус. Мне так-то пофиг — что навесишь, то и будет.

— Как?! — удивилась Люсия. — Ты откажешь себе в удовольствии подобрать украшения?

— Я с гораздо бо̀льшим удовольствием посплю, — отозвалась я. — Еще немного, и соглашусь вздрыхнуть даже стоя, как лошадь.

— Ну, будь по-твоему, побрякушки утром навесим из тех, что я выберу, — пожала плечами кастелянша, подходя к креслу, подлокотники которого зачем-то были снабжены ремнями. — Вот сюда садись, и я тебя к нему привяжу.

— А это еще зачем? — насторожилась я.

— Вдруг заснешь, упадешь, и вся моя работа насмарку, — пояснила Люсия. — Ну, или надумаешь себе чего-нибудь, и сбежать попытаешься. Тогда, боюсь, генерал меня в биореактор отправит, а я как-то не горю желанием превращаться в деликатес для виверн.

— Слушай, делай что хочешь, только оставь меня в покое, — вздохнула я, пересаживаясь в массивное дубовое кресло, местами потертое на подлокотниках — похоже, теми самыми ремнями, которыми к ним ранее привязывали намарафеченных дев.

— Вот и отлично! — проговорила кастелянша, сноровисто примотав мои руки к подлокотникам, а ноги — к ножкам кресла. Кто бы мог подумать, что столь дородная дама умеет так шустро и профессионально обездвиживать людей. Пожалуй, даже я с моим опытом не смогла бы лучше зафиксировать конечности человека.

— А кляп будет? — спросила я.

— А ты орать собираешься? — осведомилась кастелянша.

— Подумаю над этим, — пообещала я.

— Без кляпа обойдемся, — хмыкнула кастелянша. — Ты тут хоть оборись, никто не услышит. А и услышат — помогать не станут. Все боятся гнева генерала.

— Понимаю их, — сказала я, усаживаясь поудобнее, чтоб поменьше ныл живот, в который прилетел «серебряный ветер» — несмотря на целебную мазь, требуха внутри меня всё еще побаливала.