Книга Дроу для мести, страница 38 – Оливия Грош, Ольга Видова

На его лице промелькнуло удивление, и я поняла, что перешла грань. Зачем вообще завела этот разговор? Что толку смазывать петли на двери, которую собираешься пустить на дрова?

— Надень кольчугу и возьми оружие, так ты эффективнее.

Сказала и развернулась, чтобы не показать смятение и злость. Он всего лишь дроу! Он убил собственного брата! Нельзя сочувствовать врагу!

Мы спустились в общий зал, чтобы позавтракать. После утреннего разговора я все еще чувствовала неловкость за свою минутную слабость. Зан снова шел позади меня, позволяя мне не думать о выражении лица, и даже за столом он, как обычно сел сбоку, опустив взгляд, а не напротив. Эта привычная покорность казалась чем-то вроде признания или очередной манипуляции. Если он играл со мной, то я велась и ничего не могла с собой поделать.

Слишком много сочувствия к темному эльфу.

На секунду я представила его сидящим на полу рядом со мной, как принято в домах дроу. Эта картинка вызвала двоякие чувства. Возбуждение, смешанное с ревностью. Пожалуй, это можно было бы провернуть наедине. Но когда нас могут видеть, мне не хотелось его унижать. Хотя с чего бы мне считаться с его чувствами? Темные эльфы несут только зло, унижения напомнят о его нынешнем месте – у ног человечки. Наверно, это чувство собственницы во мне взыграло.

Я почти прогнала эти мысли, когда рука Зана накрыла мою. Его прикосновение к тыльной стороне ладони одновременно обжигало и дарило какое-то умиротворение. Я еле сдержалась, чтобы не закричать на него. Сердце бешено стучало в груди, и я не знала из-за чего.

— Госпожа, если тебе так понравилось это кольцо, его можно уменьшить, но когда ты его постоянно крутишь, то привлекаешь лишнее внимание, – тихо сказал Зан, убирая свою руку.

Я действительно крутила кольцо? Даже не заметила. Зачем я вообще нацепила этот перстень? Все равно ведь велик!

Сняла перстень и подвинула по столу к Зану:

— Забери.

— Мне надеть его, госпожа? – тихо спросил он, не притрагиваясь к кольцу.

— А что с ним еще делать?

— Продать, выкинуть, спрятать, – еще тише ответил он. – Это символ Дома моей матери. Я предназначался жрицам. Теперь я твой. Это кольцо стоит носить тебе, но только если ты ищешь неприятности. А мне, только если я ищу защиты у матери… защиты от тебя. Но с тобой мне лучше, чем было дома.

Это что такое началось? Он на жалость решил давить? За неделю слова лишнего не сказал, а сегодня что не фраза, то новое откровение. Сейчас еще начнет рассказывать про жестокую бабушку или доброго отца, научившего плести кольчуги?

— Там было так плохо? – вместо возмущения, в голос почему-то просочилось сочувствие. Милосердное Пламя, помоги! У меня не должно быть сочувствия к дроу!

— Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно знать, что для тебя хорошо, госпожа, – ответил он, сжав перстень в кулаке, но не убирая руку со стола.

В этот момент нам наконец принесли завтрак, и разговор прервался сам собой.

Я пыталась найти ответ на его вопрос. Что для меня хорошо?

— У меня были любящие родители, – ответила я, стараясь не сболтнуть лишнего, – а младшая сестра была такой милой! Эти ее ушки и светлые волосы…

В горле встал ком. Сестра взяла лучшее от матери и Рен'днала. Дроу вряд ли бы признали ее за свою. А вот для человека она была очень красива. Только кончики ушей выдавали в ней эльфийское происхождение. Но уши легко спрятать под волосами.