Книга Сквозь его безумие, страница 39 – Татьяна Берест

Он берёт жилет, бросает мне.

— Людей — да. Но не здесь.

Я не уточняю.

Он уже садится в лодку. Движения уверенные, спокойные, как будто он делал это десятки раз.

Я спускаюсь следом, осторожно, чувствуя, как под ногами уходит опора, и сажусь напротив.

Лодка под нами живая.

Чуть качается.

Он берёт весло.

— Держись.

Голос глухой, без лишнего.

И нас сразу подхватывает.

Без разгона.

Лодку дёргает вперёд, резко, и первый же всплеск бьёт в лицо. Вода ледяная, обжигает холодом, перехватывает дыхание.

Сердце сбивается.

Слишком быстро.

Река сжимается, ускоряется, тянет нас между камнями. Лодку подбрасывает, кидает в сторону, потом резко возвращает, и каждый раз кажется — ещё чуть, и перевернёт.

Влад не меняется.

Сидит спокойно.

Слишком спокойно для этого движения вокруг. Руки работают чётко, без лишнего усилия. Весло входит в воду резко, точно, и лодка подчиняется, будто чувствует его заранее.

Я дышу чаще, Глубже.

Страх поднимается, но не давит — толкает.

Брызги снова в лицо

Я уже не отворачиваюсь.

Смеюсь.

Сама не замечаю, когда это начинается.

Лодку уносит в узкий участок, где вода почти падает вниз, разбиваясь о камни. Меня вжимает в борт, пальцы соскальзывают, но я удерживаюсь.

Он на секунду поворачивает голову.

Смотрит.

Коротко.

Взгляд тёмный, собранный.

— Дыши.

И снова вперёд.

Река несёт нас, и я вдруг понимаю — страх остаётся где-то сзади, а впереди только движение.

Я вдруг понимаю, что страх отпустил.

Не потому что стало безопасно.

Потому что он рядом.

И в этом есть какая-то странная, почти нелогичная уверенность — у него всё под контролем.

Всегда. Даже когда вокруг вода срывается с камней и тянет вниз.

Мне становится легко.

Слишком.

Я смеюсь, уже не сдерживаясь, ловлю брызги лицом, не отворачиваюсь, позволяю этому захватить полностью.

Потом всё обрывается так же резко, как началось.

Лодка цепляет берег.

Удар мягкий, но ощутимый.

Влад встаёт первым, выходит в воду, удерживая равновесие так, будто под ногами не камни и течение, а ровная поверхность.

Протягивает руку.

Я вкладываю свою.

Его пальцы смыкаются крепко.

Тепло.

Слишком уверенно.

Он вытягивает меня на берег одним движением.

Вокруг лес. Плотный, тёмный, запах хвои и влажной земли. Горы поднимаются стеной, закрывая горизонт. Река шумит за спиной, не даёт тишине стать полной.

Я едва успеваю вдохнуть глубже.

Он не отпускает.

Пальцы на моём запястье сжимаются сильнее.

Резче.

Я поднимаю на него взгляд.

И замираю.

В нём что-то меняется.

Не резко.

Но достаточно, чтобы это стало видно.

Взгляд темнеет.

Собирается.

Сужается до одной точки — до меня.

До места, где он держит.

Кадык дёргается.

Он сглатывает.

Челюсть сжимается так, что проступают скулы.

Пальцы на запястье чуть смещаются, находят вену.

Точно.

Как будто он слышит её под кожей.

Я не успеваю ничего сказать.

Влад тянет меня ближе.

Резко.

И в следующий момент — впивается.

Боль вспыхивает сразу.

Острая.

Живая.

Я сжимаю зубы, воздух вырывается рывком, пальцы непроизвольно сжимаются, пытаясь за что-то зацепиться.

Ноги слабеют.

Слишком быстро.

Он удерживает.

Вторая рука ложится на спину, прижимает к себе жёстко, не давая упасть. Хватка сильная, почти болезненная, но в ней нет колебания — только необходимость.

Я открываю глаза и смотрю на него.

Наши взгляды встречаются.