Книга Диагноз «Неверный», страница 21 – Лина Мак

— Я заказал нам кофе, — говорит Руслан, поднимая на меня взгляд.

— Хочешь о чём-то поговорить, говори, пока Кира спит. — По его позе, взгляду уже знаю, что разговор зреет неприятный. Для меня так точно.

— Ты всегда знаешь, что я хочу сказать, да, Лара? — И опять эта его ухмылка.

— Никак не вытравлю эту особенность из себя, — отвечаю в тон ему.

— Ну хотя бы кофе в обществе жены я заслужил?

— Бывшей жены, Руслан, — снова поправляю его, подхожу к столику и беру чашку. — Говори, пока есть время.

— Лара, я очень виноват перед тобой, но я так больше не могу, — произносит Руслан, а я вижу, как он сжимает руки в кулаки.

Отворачиваюсь и иду на балкон. Чего-то такого я и ожидала. Но звучит всё это как-то слишком пошло или даже противно.

За спиной слышу тихие шаги Руслана. Он становится рядом со мной, и утренний запах прохлады смешивается с его запахом. Прикрываю глаза, подношу чашку к губам, но не отпиваю, а вдыхаю. Тихо, как воришка, вдыхаю и аромат Руслана. Поднимая в своей памяти воспоминания счастья, а после снова кривлюсь от самой себя. Брезгливость и дурнота подступают к горлу.

— Лара, — шепчет Руслан, — я никогда бы не подумал, что буду это говорить, но я прошу тебя, давай попробуем снова. Я не знаю, что мне сделать, чтобы ты поверила мне. Не знаю, как исправить то, что уже сделал. Но и вот так больше не могу. — И я бы ему поверила, столько в его голосе сейчас раскаяния и мольбы, но…

— Руслан, а ты помнишь, как увидел меня впервые? — спрашиваю негромко, но не поворачиваю к нему головы. По изменившемуся дыханию понимаю, что помнит. — А помнишь, какие ты мне давал обещания, когда я отдавала тебе себя? — К тошноте ещё и горечь добавляется. — А помнишь, как ты первый раз изменил?

Вот теперь я поворачиваюсь к Руслану. Только его голова опущена, а сложенные перед собой руки напряжены до предела. Он смотрит куда-то в пол, но, вероятно, воспоминания мучают сейчас не только меня.

Вокруг так красиво от восходящего солнца. Воздух прогревается, а отблески на воде делают рассвет просто волшебным. Лёгкий шум прибоя вдали и голоса людей говорят, что утро настало.

Переключаю своё внимание на внешние ощущения, боясь погрязнуть в боли и обиде. Я там была, мне не понравилось.

— Я хочу, чтобы сегодня тебя не было в моём номере, — говорю я спокойно спустя несколько минут молчания. — Хочешь проводить время с Кирой — проводи, но без меня. У меня есть планы на отдых. Время идёт, а я ещё и в половине мест не побывала. И первое — это прогулка по самому Пхукету. А ещё мне нужно купить сувениров девочкам и на работу. Так что я буду благодарна тебе, Руслан, если ты всё же не станешь больше портить мой отдых. — Я разворачиваюсь, чтобы идти будить Киру, но решаю добавить: — И ещё, спасибо. Ты меня, конечно, бесишь, но хорошо, что приехал. Я хоть выговорила тебе всё, что болело все эти годы. Раньше нужно было. — Последнее добавляю чуть тише и захожу в номер, довольная собой и с каким-то облегчением на душе.

* * *

Стук в дверь вырывает из самокопания. Никогда таким не страдал, но после слов Лары несколько дней назад на балконе её номера меня каждый день одолевают воспоминания. И даже сейчас, подходя к двери своего номера, я снова и снова прокручиваю в голове моменты, проведённые со своими девочками на протяжении этих дней.