Книга Поцелуй под веткой омелы, страница 38 – Натали Берд

— Что с тобой? — Подруга подходит к нему, присаживается на корточки, с затаенной болью всматриваясь в его лицо.

Федор усмехается, нежно погладив по щеке Валентину, молчит пару секунда, а затем произносит, словно выплевывает: — Глиобластома мозга. Последняя стадия. Врачи дают мне немного времени. Но я хочу прожить каждую минуту, дыша с тобой в унисон.

Я делаю шаг назад, мне нечего сказать. Артем поднимает голову, встречаясь со мной взглядом, молча даря поддержку. А Валя, наоборот, склоняется к Федору еще ближе, кладя на его щеку, свою тонкую ладонь.

— У нас не может быть будущего. Ты болен, а мое время почти подошло к концу. Так что не стоит и пытаться.

— Почему? Раз все так плохо, так давай дышать каждой секундой, вместе! — наклоняется к ней Федор так, что их губы едва не соприкасаются. Расстояние всего несколько миллиметров. Со стороны вообще кажется, что они прижаты друг к другу. Артему неловко, это видно, но как только он выпускает Федора из объятий, тот начинает заваливаться набок.

— Лекаря бы. — Кричит он капитану, а тот согласно кивает.

— Послали уже. — доносится до нас ответ Алакима.

Так мы и плывем, в тишине и безмолвии. То, что начиналось столь радостно, заканчивается совершенно не так.

Прошел день, сменившись на ночь, а мы продолжали двигаться, так и не достигнув дверей моего дома.

Лекарь, появившийся неожиданно на нашей палубе, влил какую-то микстуру в едва приоткрытые уста Федора, тревожно кинув взгляд на Валентину, перекидываясь при этом парой слов с Артемом.

— У меня две новости, госпожа. — Наконец, подходит он ко мне.

— Надеюсь, обе хорошие? — совсем не хотелось слышать что-то плохое. Я просто не желаю! Вообще. Сил нет. Никаких.

— Неожиданно, но да. — Немного смущенно улыбается лекарь. Имя я так и не спросила, а сейчас это делать — ну-у-у, крайне неудобно, — Все хорошо, — Продолжает он, — парень поправится, только вот к нам его почаще доставлять придется. Пропускать будете? — лекарь несет, по моему ощущению, какую-то чушь, но отказывать в чем-то важном мне не хочется.

Вообще, я впервые видела, что моя подруга может так заботиться о ком-то! Она сидела на коленях перед мужчиной, с тревогой вглядываясь в его чуть порозовевшее лицо. Зачем портить момент?

— Легко! — Я снова взглянула на поникшую Валентину. — А о ней что скажете? — мой кивок в сторону подруги, и лекарь поворачивает к ней голову, задумчиво проведя крепкими пальцами по гладковыбритому подбородку.

Тяжелый вздох, он поворачивается ко мне, значительно понижая голос.

— Мне очень жаль, Хранительница, но здесь ничего сделать нельзя. Ей нужно заменить сердце. Но магическое не подойдет, необходимо простое, человеческое… Таких в моем мире нет, да и вообще оно имеется только в вашем. Его нужно искать. В этом вопросе моей помощи не ждите. Знаю, что это слишком долго и дорого. Но попробовать, думаю, в любом случае стоит. По цене — вы, красавица, точно в состоянии себе это позволить. Но вот по времени! Здесь счет идет уже на дни. Слишком все запущено.

— Мы попробуем! — Федор оказывается рядом со мной, притянув с собой и подругу, обнимая ее за плечи, да прижимая к себе.

У Вали вздрагивают плечи — плачет. Впервые! Впервые за столько лет. Моя любимая подруженция стала слабой! А нужно-то было — найти того, кто дышит с ней в унисон! Только и всего. И ларчик легко открылся.