Книга Принцесса Сливового Аромата, страница 68 – Виктория Воронина

— Вот как, несмотря на мои слёзы и мольбы, вы всё-таки не желаете выполнить просьбу, которая для меня жизненно важна! – окончательно вышла из себя Гунь и дала волю своим подлинным чувствам. – Пусть ваш посмертный путь ляжет в преисподнюю, где находится клятвопреступники, подобные вам, а не на Небеса!

— Гунь, что ты такое говоришь! – прошептал император Чжун, потрясенный коварством и лицемерием любимой женщины.

— Ещё скажу, что никогда вас не любила. Меня интересовал только трон и власть, ради них я жила в Запретном Городе и стремилась к браку с вами! – зло добавила разочарованная поведением мужа императрица и стремительно вышла из спальни, не обращая внимания на шокированных её неподобающим поведением придворных.

Пожилой император со стоном схватился за сердце, которое ему разбила мстительная молодая жена, и в следующую минуту он скончался.

Государя Чжуна похоронили скромно и без лишней суеты. Главной задачей для придворных чиновников в дни траура и скорби, оказалось замять скандал, который разразился из-за самоубийства Гунь. Юный император Лю Цзинь перед гробом отца повторно произнёс клятвы, которые дал ему перед смертью, – снова пообещал обращаться со злой мачехой как с родной матерью. Но Гунь судила о других по себе и не поверила публичной клятве пасынка. Сама бы она никогда не простила своих врагов и не ждала милости от Лю Цзиня и Мей Фэн, которым причинила много зла при жизни покойного императора Чжуна. Со своим честолюбием она не могла вынести второстепенной роли одинокой бездетной вдовы, которая ей была уготована в Запретном Городе после смерти мужа и не желала принять наказание от руки пасынка.

Гунь твёрдо решила прервать нить своей жизни, но перед этим она написала письмо своему двоюродному брату, в котором просила его отомстить за её смерть императору Цзиню и Мей Фэн. «Эти двое лишили меня всего, и ты должен не просто внести в их жизнь страх и ужас, Нань, но предать их мучительной смерти, – писала она. – Моя душа только тогда обретёт покой, когда ты отправишь их в ледяной ад Нарака!»

Вдова императора Чжуна приняла яд, и никто не сожалел о её смерти. Все радовались воцарению юного принца Лю Цзиня и избавлению от власти злой императрицы. После окончания срока глубокого траура в день восшествия нового Государя на Нефритовый Трон в столице прошли парадные шествия знати, на улицах царило народное гуляние, а вечером тёмное небо расцветили яркие фейерверки. Особенно пышно отмечали восхождение на престол нового Государя в Запретном Городе, во всех главных дворцах были накрыты столы для придворных и слуг. Но больше всего людей находилось в пиршественном зале для Государя, и Мей Фэн нарядилась по этому случаю в свое лучшее парадное придворное платье цюйцзюй, чтобы достойно выглядеть в качестве ближайшей родственницы императора на банкете. Её усилия по приданию себе привлекательного внешнего вида не пропали зря. Во время праздничного пира девушку ожидала большая радость – она увидела, как за столик рядом с Нефритовым троном усаживается её жених, с которым её судьба разлучила на долгое время.

— Цай Юнь, ты здесь! – в восторге воскликнула Мей Фэн, быстро подходя к нему и протягивая к нему руки.

Лицо молодого гогуна озарилось радостной улыбкой при виде любимой невесты, спешащей у нему. Она показалась ему ещё более красивой, ещё более желанной, чем прежде. Мей Фэн подросла, вытянулась, её женское обаяние увеличилось, и немало мужчин засматривалось на неё, что льстило самолюбию Цай Юня. А её любящий взгляд, устремлённый на него, озарял его душу подобно солнечному свету ясного погожего дня. Он захлопотал, посадил невесту на своё место, сам уселся возле неё и с воодушевлением произнёс, не сводя с нее восхищённого взгляда: