Книга Таша из рода Ратингеров, страница 14 – Евгения Кобрина

Таша потянула браслет, но Никэль воспрепятствовал этому, останавливая её. Он посмотрел на Амелию:

— Ваша дочь будет носить мой подарок, таково мое желание.

Амелия приподняла брови и спокойно уточнила:

— Желание господина?

— Да.

Женщина медленно кивнула и посмотрела на дочь:

— Раз наш господин приказывает, мы обязаны подчиниться. Мы послушные рабы, — Таша прикусила губу и, быстро подхватив корзину с яблоками, скрылась в кухне. Никэль нахмурился, понимая, что все пошло совсем не так, как он планировал. Амелия тихо заметила: — Моя дочь не привыкла к мужскому вниманию и дорогим подаркам. Но пусть это вас не обнадеживает. Она не продается.

Мужчина разозлился:

— Я её не покупал.

— Вы в этом уверены, ваша милость? — спросила Амелия и, грациозно приподняв платье, скрылась на кухне.

* * *

Амелии удалось поговорить с дочерью только после обеда, она застала её одну в саду, где та пропалывала зелень. Таша отряхнула руки от земли и взглянула на мать, заранее зная тему их разговора:

— Я не хотела принимать этот браслет.

— Отчего же, он красивый, — улыбнулась Амелия и подняла руку. Таша протянула ей запястье с браслетом, и женщина покрутила драгоценность на солнце. — Изысканная работа. Дорогой подарок.

Таша прикусила губу и призналась:

— Мне он тоже понравился. Так красиво блестит на солнце. Но я знаю, что не должна была принимать его подарок.

Амелия внимательно взглянула на дочь:

— В твоей жизни было так мало подарков, милая. В этом только моя вина. После смерти твоего отца я вышла замуж не за того мужчину.

— У тебя не было выбора, мама.

— Выбор есть всегда, и я сделала не тот, — вздохнула Амелия. — А браслет красивый, и если уж у тебя нет возможности от него отказаться, то носи с радостью. Только, прошу, не забывай, кто ты и кто он.

— Я всегда об этом помню.

Амелия обняла дочь:

— Ты у меня умница.

Таша приняла объятия и тихо спросила:

— Мама, ты провела эту ночь в спальне барона Хьюго? Ты сделала это ради меня?

Амелия прикрыла глаза, она не станет врать ни дочери, ни себе:

— Нет, Таша, не ради тебя. Я осталась с ним этой ночью… ради себя. Мне нравится этот мужчина.

— Но разве он сначала не должен стать твоим мужем?

Амелия вздохнула и поправила дочери волосы:

— Наша жизнь сейчас не такая, какой была раньше, милая. Я рабыня, он мой господин, а господа не женятся на своих рабынях.

— Значит, ты стала его любовницей?

Амелия грустно улыбнулась:

— Значит стала. Надеюсь, ты не осудишь меня за это?

— Нет, мама, конечно нет. Главное, чтобы ты была счастлива.

— Я счастлива, Таша. Счастлива и спокойна. Барон позаботится о нас и не даст в обиду. Он дал слово, и я ему верю.

Таша улыбнулась, ей тоже сразу понравился этот хмурый мужчина. В бароне чувствовалась истинная мужская сила, а значит, он не станет обижать тех, кто слабее его. Настоящие мужчины так не поступают. Таша надеялась, что и своего сына барон воспитал соответственно.

К концу недели Таша уже не считала сэра Никэля воспитанным человеком, а все потому, что он просто не давал ей прохода. Он был повсюду, куда она — туда и он: в лесу, в саду, на кухне, в прачечной, в кладовой — куда ни пойди, везде Ташу поджидал Никэль с веселыми историями, откровенными вопросами и навязчивой помощью:

«У кухарки аллергия на чеснок, в детстве мы с мальчишками ей его повсюду подкладывали. Мельник прячет от жены эль в мешках с зерном, и эль часто проливается, поэтому его хлеб прозвали Хмельным. Если залезть на то дерево, можно увидеть пещеру русалки. Но ведь леди не лазают по деревьям. И зачем смотреть на какую-то русалку, когда рядом есть прекрасная Таша».