Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 55 – Елена Добрынина

Глава 21. Амина и внутренний бунтарь

А у Руса будто бы ничего и не изменилось. Все так же было много дел и рабочих задач. Утром на следующий день он поехал в аэропорт и встретил, довез, сопроводил семейство друзей до места их остановки. Отец мог бы послать водителя, но хотел подчеркнуть важность гостей для Алимовых, да и желал, чтобы Рустем увидел будущую невесту.

Семья Хасановых оказалась вполне современной. Девушки, Амина и ее сестра были вполне современно, но скромно одеты, прекрасно воспитаны. Рус позже вспоминал, как он выглядывал отцовского друга в числе прилетевших и отметил, что рядом с похожим на него господином шла очень красивая девушка. И как он был удивлен, что это и есть Амина. По старым фото, которые он когда-то видел, из угловатой, темноволосой девчонки-подростка Амина выросла в прекрасного лебедя. Блестящие, черные волосы ниже плеч и, на удивление, светлые голубые глаза создавали контраст, заставляли приковывать к ней взор. Тонкий носик, четко очерченный контур губ дополняли картину. Амина держалась с достоинством, все движения ее были легкими и плавными. Она была еще совсем свежа и юна — в этом году ей только-только исполнилось 22 года.

При знакомстве она бросила на него взгляд — кроткий, но заинтересованный и это польстило Рустему, только подтвердило уверенность в собственной привлекательности. Больше они не виделись. От Гюнай он узнал, что женская часть их семьи — мать, сестра и тетка — собирается с традиционным визитом в дом Хасановых. А там, если всё пойдёт как надо, нужно будет засылать сватов. Осознание этого испортило настроение. Он по-прежнему не собирался жениться. Но если Амина даст понять своей семье, что не против брака, всё будет необратимо.

С Лелькой они как обычно встречались по вечерам, исключая те дни, когда у него не получалось из-за работы. Тогда он почти кожей ощущал её недовольство и что-то похожее на страх и ревность. Успокаивал, писал и звонил, Лелька делала вид, что всё в порядке и была излишне весела, но он чувствовал, что вся эта ситуация не оставила её равнодушной.

Тогда впервые он подумал, что ответственен за чувства Булки. Это для таких девушек, как Марина, не было принципиальной разницы, женат он, обручён или свободен, с Лелькой же было совсем иначе. И поэтому он старательно делал вид, что ничего не изменилось. Как знать, возможно, Амина откажет ему и тогда не придется решать эту неприятную проблему — утешал себя Рустем.

* * *

Спустя неделю метаний и сомнений, Лелька поняла, что выдохлась. Сил не осталось совсем. Как будто их выпили досуха все эти волнения. Еще и Ильинична всю неделю испытывала Лелькину нервную систему на прочность, по поводу и без доставая бедную девушку. В итоге к пятнице у Лельки было одно единственное желание — лежать бы тряпочкой на старом топчанчике и не отсвечивать, выпасть из жизни, не видеть и не слышать никого. Но это было невозможно — рядом была семья, Вадька с Татьяной должны были приехать на выходные к бабушке, как ураган периодически залетала к ним бесшабашная Катька.

Подруга, заметив, в каком состоянии находится Лелька, вылупила на нее свои глаза:

— Что с тобой, Иванова? Словно ты морского ежа проглотила — вид мученика, которого только с креста сняли.

Лелька только закатила глаза: Катюхины ассоциации пугали.