Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 264 – Любовь Сушко

Как странно было слышать, когда моя мать с теплом отзывалась о князе Всеволоде. Для нас же он был просто чудовищем. И только черта помяни, как он и явится. Но я не могла поверить, что мне его узреть доведется после стольких лет, когда он ужас на всех наводил.

Его вторжение меня очень пугало. Хотя я все время была между ними всеми, только от потрясений устала страшно.

Рюрик был прав в одном- ужас и зло продолжало жить в нашем мире. И оно перечеркнуло все доброе, которое там оставалось. Князь возвышался над всеми, хотя он не был выше всех ростом, просто казался таким сейчас. И при его появлении еще раз мир содрогнулся. Мне казалось, что сам дьявол теперь был с нами.

Тогда и в небесах вдруг гроза разбушевалась. Ударил гром и сверкнула молния. Мне казалось, что прежде я не видела такой грозы. Я бросилась к Роману в ту ночь, забыв обо всем. Он неподвижно сидел в гридне и смотрел на распахнутое окно. Молнии не пугали его, его вообще ничего не пугало. Но он казался мертвым. Я обняла и прижалась к нему. но он не ответил, словно и на самом деле уже умер. Он ничего не видел и не чувствовал.

Так мы и провели там ночь. Где был князь Всеволод, кто его знает. Мне казалось, что ночь только приснилась мне. Потом я очнулась и бросилась к дочери. Но девочка была в постели, с ней была Мария, мои волнения оказались напрасными. Не думаю, что этому человеку была нужна моя дочь.

Всю свою жизнь он правил за спинами Святослава и Рюрика, кого-то привлекая, кого-то отталкивая. И сам почти никогда не выходил из тени. Хитрость и коварство его не знали границ. И князь Роман все время оставался для него не союзником, а сильным и опасным соперником. А сейчас, после всего, что случилось, он решил убедиться, что происходит, никому и ни в чем не доверял. Вот и наводил ужас на многих. Но он не был так противен, как Рюрик, и не был так обаятелен и хорош, как Роман. Что-то таинственное и тревожное оставалось в памяти, после встречи с ним. Самый обычный, младший среди княжеских сыновей взлетел на вершину, но главное – там продержался до конца, вот что такое был князь Всеволод. Матушка моя бы со мной никогда не согласилась.

— Ни одно важное дело без него не обходилось и не обойдется, – говорил как-то Роман. А он-то знал о чем говорит.

— Я у себя дома, – услышала я его голос, проходя мимо гридни.

Я ждала ответа Романа, но он ничего не сказал.

Говорили они в тот вечер долго. Я пыталась понять, что с нами со всеми будет дальше. Роман появился в полночь. В первый раз я видела его таким усталым, и отрешенным. Он лег и очень тихо произнес:

— Я должен отправиться к ляхам. Не стоит ждать, пока король придет к нам.

Я просила его взять с собой, потому что знала, что не могу остаться тут одна.

— Девочку Бронислава с собой заберет, она всегда о ней заботилась лучше, чем, – только и могла я сказать ему.

И это так, я готова была расстаться с ребенком, чтобы только оставаться со своим князем. Но меня еще терзали самые скверные предчувствия. Постучала служанка и сказала, что князь меня требует к себе.

— Ты забыла, кто здесь князь? – разозлился Роман.

Она растерялась, разрыдалась. Но мы все прекрасно понимали.

— Пока еще я здесь князь, – услышала я голос Романа, когда за ней закрылась дверь.

И мы слова улеглись в постель. Он не собирался подчиняться. Но вряд ли Всеволод, которому все было известно, простит ему такое. Не знаю, кого из нас он хотел испытать. Но думаю, что интересовал его Роман, а не я.