Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 134 – Любовь Сушко

В тревогах прошло несколько месяцев. Тревоги и дурные предчувствия усиливались. Очень краток был свадебный мир Ярополка. На нем неожиданно появился незваный гость – Владимир- сын рабыни, о котором мы успели забыть в последнее время. Жених вздрогнул, как только его узрел, а невеста на глазах у всех лишилась чувств, ее понесли скорее в покои. Мы узнали о том позднее, я улизнула с пира еще до его появления, а Олег удалился еще раньше. Но история вторжения Владимира потом обрастала все новыми подробностями.

Тогда я не знала, что и думать, решила пойти к матушке и поговорить с ней об Орме. Надеялась, что она мне о тайнах каких-то поведает.

Она встретила меня встревоженная и кажется, не могла понять, о чем я говорю, чего от нее хочу. О Владимире она не сказала ни слова, и он показался мне еще страшнее и беспощаднее.

Глава 6 Откровения

— Остерегайся его, – услышала я голос матушки.

Сердце сжалось от ужаса и тоски.

— Он не тронет тебя, пока я с тобой, но жизнь длиннее, и тогда может случится непоправимое.

Уж если настоящая ведьма так говорит, то что же всем остальным остается?

Я не стала спрашивать ее о себе, об Орме, о Ярополке. Наверное, она переживает из-за брата, и видела, что там произошло тогда. Но тем страшнее было мне услышать:

— Я рада, что его больше нет, могло быть и хуже, значительно хуже. Но отец не успокоится, пока не расправится с Ярополком или сам себя не уничтожит.

Она внезапно замолчала и ничего больше не говорила о родичах.

Я была не робкого десятка, но тогда испугалась и никак не могла отойти от чувства страха. Фраза о том, что никто не выйдет сухим из воды, тоже запала в память.

А потом было мучительно ожидание, Ярополк вздрагивал и терялся, когда случалось что-то необычное. Я терялась, когда приходилось сталкиваться с Владимиром. Он так странно на меня смотрел, словно готов был голову оторвать. Наверное, матушкины заклятия действовали, он не мог до меня дотянуться, и сам дивился тому, но ведь она предупредила, что так будет не всегда. Я поняла, что такое ненависть, стоило только на него взглянуть. Я понимала, что если он встретит колдунью посильнее матушки и она согласится ему помочь, то худо мне будет.

Он забыл обо мне, когда устремился к дочери Рогволода, которая была обещана Святославом Ярополку, и раз тот медлил, то он должен был получить эту девицу. Ему нужна была гордая и надменная Рогнеда, и дружина ее отца, и земли их для начала, потому что тут мало что ему светило, пока были живы братья, ведь еще подрастали и Борис с Глебом, и им нужны были уделы тоже.

Но говорят, что там он получил от ворот поворот, она на весь мир назвала его сыном рабыни.

Впрочем, Рогнеда не понимала упрямства и силы сына рабыни, который должен был все завоевывать сам. И вскоре и отец, и брат ее были убиты им же, а она оказалась пленницей, что не было взято по доброй воле, теперь оказалось в плену.

Мне это показалось каким -то знаком, моя судьба должна быть такой же, и лучше было учиться на ее ошибках, а не на своих собственных. Я была под таким же ударом, сын рабыни не успокоится.

Когда мы снова встретились в полночь с Афанасием, я услышала, как матушка беспокойно бродила по комнатам, натыкаясь на какие-то вещи. Но я почувствовала, что в комнате находится и дед тоже. Я услышала его голос. Они говорили о грядущем. Дед был настроен воинственно, напрасно матушка старалась его убедить, что ничего у него не выйдет, Рогволод был моложе и сильнее, и где он теперь?