Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 110 – Любовь Сушко

Тогда мы узнали, что у нас должен родиться наследник, и это ожидание стало для него главным. Впервые он выражал странное нетерпение. Но я не смогла оправдать его надежды, в назначенный срок появилась на свет девочка. Мы назвали ее Анной, хотя и сами не сразу поняли, откуда возникло это имя. Кажется первым ее стал так называть Святослав, он часто появлялся рядом с колыбелью, что нас сильно удивило. Они вместе со Свеном рвались в поход, и только рождение ребенка удержало их на месте. Я смогла удержать их на какой-то срок, но было понятно, что скоро моя власть закончится. Мне хотелось быть с ними, но из-за малышки я должна была оставаться дома. Я с тоской смотрела на мужа, с тревогой думала о том, что он там может погибнуть, о том, что может сгинуть юный князь я совсем тогда не думала. Но слезы мои были пролиты напрасно, они никого не смогли бы остановить. Мне пришлось надолго остаться одной с ребенком и ненавистной княгиней без помощи и поддержки.

Ольга же словно бы опомнилась, она снова стала властной и суровой по отношению ко всем, кто был с ней рядом, она забыла о смирении. Она все твердила с горечью, что ее единственный сын так далек от новой веры. Потом она начинала молиться, забыв о пирах, словно пыталась что-то изменить, проверить силу молитвы.

— Это только начало, ты еще не ведаешь, что тебя ждет, – злорадно размышляла я.

Но ребенок заплакал, и меня взяла досада, я не могла быть такой же свободной, как прежде. Я не могла бросить ее на произвол судьбы, да и Свен бы не потерпел этого. От вражды и мести пока пришлось оказаться.

— Бедное дитя, твой отец навсегда будет рядом с князем, а ты не сможешь быть с ними, да и я не смогу быть только с тобой, и судьба твоя странная и далекая. Но кто сказал, что наши судьбы должны быть одинаковыми, у каждого своя дорога и своя судьба, и вряд ли мы сможем что-то изменить.

В тот день Ольга впервые шагнула в наши покои. Я давно успокоилась и перестала дрожать при ее появлении.

Княгиня пристально посмотрела на ребенка и заговорила

— Ночью мне снился сгоревший город.

Я старалась хранить спокойствие, хотя это и было не просто.

— Если Бог нам о чем-то хочет поведать, он присылает людей. Тебе и твоему ребенку повезло, моя вера не позволяет учинить расправу. Это еще одно испытание для меня теперь, я не стану умножать грехи, их и без того было так много.

Она оборвала разговор на полуслове, пристально взглянула, словно хотела узреть что-то за моей спиной, и не могла, а потому и злилась.

Я поняла, что боярин древлян ей про все поведал. И только теперь, когда княгине приснился сон, она пришла сюда. Но трудно поверить, что она так уж изменилась. Я не верила ни одному ее слову.

Всю ту ночь я носила ребенка на руках и не смыкала глаз. Положение мое казалось плачевным. Мне казалось, что Свен не вернется никогда, может княгиня и появилась потому, что ей было что-то ведомо, она наконец могла показать власть надо мной.

Все изменилось быстро, когда вместо Свенельда мы дождались печенегов, все стали твердить о страшной угрозе, мы были беззащитны перед большой бедой, вряд ли молитвы княгини и ее жрецов смогли бы нам помочь.

С ужасом я обнаружила, что Ольга и ее слуги исчезли из дворца. А нас они просто забыли, а что еще хуже – бросили. Сюда и должны были ворваться враги. И мне, как моей бедной матушке, не избежать плена, а то и гибели.