Книга Страсть в ее крови, страница 90 – Патриция Мэтьюз

Ханна сползла с кровати и вытащила свечу из подсвечника. Дрожащими руками поднесла к огню в камине и зажгла. Снова вставила в подсвечник и обернулась, чтобы хорошенько разглядеть Малколма. Он отвалился на спину, широко раскинув руки, глаза были широко раскрыты и смотрели в пустоту.

Ханна опустилась на колени у кровати и схватила его за плечи.

— Малколм, проснитесь!

Когда он не пошевелился и не издал ни звука, она в ужасе отшатнулась от него. Вскочив с пола, Ханна схватила халат, накинула его и с визгом босиком выбежала из комнаты.

Она сбежала вниз по лестнице и пролетела через кладовку. Краем глаза она видела, как слуги с изумлением таращатся на нее. Но в голове у нее была только одна мысль – Бесс. Ханна наполовину одолела переход в кухню, как увидела показавшуюся из двери Бесс.

— Господи, деточка, что стряслось?

— Тебе надо со мной, Бесс! Что-то случилось с Малколмом!

— Успокойся, девонька. – Бесс похлопала ее по плечу. – Пойдем посмотрим.

Ханна бросилась вперед, то и дело останавливаясь, чтобы подождать Бесс, с пыхтением спешившую за ней. На лестнице Ханне пришлось несколько раз останавливаться, пока крупная повариха ее догонит.

Когда Бесс, наконец, оказалась у кровати, она взглянула на обнаженное тело Малколма и сказала:

— Боже праведный! – Потом повернулась к Ханне: – Принеси-ка зеркало, деточка.

Ханна ринулась к туалетному столику и принесла ручное зеркало. Бесс целую минуту подержала его у раскрытого рта Малколма, потом поглядела на поверхность.

— Скорее всего, это апоплексический удар, – тяжело вздохнула она.

— Может, послать за кем-нибудь коляску в Уильямсбург? – в отчаянии спросила Ханна. – Ты сможешь что-нибудь сделать, Бесс?

— Ничего, милочка, – тихо ответила Бесс. – Он ушел на небеса.

Ханна не сразу поняла, что произошло. Она стояла, окаменев, и глядела на лежавшее на кровати неподвижное тело. Затем, когда Бесс накрыла покрывалом тело и лицо Малколма, Ханна вдруг полностью осознала случившееся. Она заплакала, рыдания сотрясали ее тело.

Бесс обняла ее и стала гладить по голове.

— Плачь, милая, плачь. Плачь, пока не выплачешь боль.

Малколма Вернера похоронили в «Малверне» примерно в ста метрах от хозяйского дома рядом с могилой Марты Вернер на небольшом холме с видом на реку Джеймс.

Ханна отказалась оповещать соседей. Она знала, что в Вирджинии похороны превращались в праздник наподобие свадьбы. Там работал тот же принцип: когда люди съезжались из дальних мест, предполагалось, что они останутся ночевать и их нужно будет кормить и поить.

Андре пожурил ее.

— Дорогая Ханна, отрицать общепринятые нормы – в порядке вещей, однако вы навлечете на себя злобу соседей, если не пригласите их на похороны такого известного человека, как Малколм Вернер.

— А я должна превратить похороны в балаган? – в ярости вспыхнула Ханна. – Нет! Знаю, что Малколм этого бы не захотел.

Андре посмотрел на нее проницательным взглядом.

— Но ведь это не настоящая причина, так?

Ханна отвела глаза.

— Нет, не единственная причина. Думаете, я не знаю, что они скажут, что они уже говорят? Мужчина в возрасте Малколма женится на семнадцатилетней девчонке и умирает у нее в постели? – Она посмотрела ему в глаза, гордо откинув голову. – Думаете, они мне тут нужны, эти ухмыляющиеся мужчины и перешептывающиеся женщины, прикрывающие смешки веерами?