Книга Страсть в ее крови, страница 164 – Патриция Мэтьюз

Майкл облегченно вздохнул.

— Хорошо! Значит, ты переставил ее в другое место?

— Нет, масса, она пропала, – расстроенно ответил Генри.

— Пропала! Куда пропала?

— Ее кто-то украл. Через три дня, как уехала, миссис Ханна, я зашел ее проверить. Она пропала. Окошко… задвижку сломали.

— Значит, кто-то из рабов на плантации?

— Не думаю. Они боятся красть.

Генри как-то странно замешкался. Майкл с прищуром поглядел на него.

— Ты кого-то подозреваешь. Давай, не тяни, выкладывай!

— Я… это белый. Думаю, Сайлас Квинт.

— А кто этот Сайлас Квинт?

— Он отчим миссис Ханны. Так, белая дрянь. Как только она приехала в «Малверн», он тут ошивался и вынюхивал, деньги у нее выпрашивал. Она все время его прогоняла… до дня отъезда. Тогда она с ним говорила вот прямо здесь. Мне так Черная Бесс сказала. Наверное, дала ему денег. Через пару дней после отъезда хозяйки он вернулся весь такой в красивой одежде. А раньше был одет как нищий. Он весь аж взвился, когда я сказал, что миссис Ханна уехала. На следующее утро я сюда пришел, а шкатулка пропала.

— Я поговорю с мистером Квинтом, уж будь покоен, – мрачно пообещал Майкл. Подошел к окну и выглянул наружу. Потом вдруг о чем-то подумал и обернулся: – Генри, как, черт подери, тебе все это время удалось управляться без денег?

— Я… – Генри гордо выпрямился. – Я поговорил с торговцами в городе и получил кредит под урожай табака. В этом году урожай выдастся богатый, масса Майкл.

— Ты хороший работник, Генри. И прекрасно справляешься. – Он подошел и положил ему руку на плечо. – Так… – Майкл указал на старое кресло у письменного стола. – Теперь расскажи-ка мне вот что… – Генри неохотно сел, Майкл расположился в старом отцовском кресле и подался вперед. – Во-первых, у тебя есть какие-нибудь мысли, почему Ханна убежала так спешно? Я получил от нее письмо, но из него мало что можно понять.

Запинаясь, Генри рассказал все, что знал о внезапном отъезде Ханны с Бесс, Дики, Джоном и Андре Леклером. Он пока не упоминал о беременности Ханны и не знал, как об этом сообщить Майклу.

— И это все? – в конце его рассказа спросил Майкл. Он раздраженно всплеснул руками. – Генри, из твоих слов тоже ни черта не ясно.

«Разве что, – вдруг подумалось ему, – если она меня не любит и не желает больше видеть. Но на письме был след от слезинки. Или, возможно, это была все же капелька воды?»

— …Тут вот что меня смущает… – проговорил Генри.

Майкл оторвался от своих мыслей.

— Что именно?

— Вечером перед отъездом миссис Ханна сказала, что я скоро узнаю, почему она уехала. За день до того она сильно поругалась с рабом, которого масса Вернер купил незадолго до смерти. Его звали Леон. Но миссис Ханна назвала его Исайей и выбежала из дома вслед за ним с подсвечником в руках, крича, что убьет его.

— А дальше? – нахмурился Майкл.

Генри глубоко вздохнул.

— Через час, как хозяйка уехала, Леона нашли у большой дороги с распоротым животом…

— И ты думаешь, что именно поэтому она и уехала? Потому что могут подумать, что это она убила раба? – запальчиво проговорил Майкл. – Если это причина… черт подери, какая же глупость! Кто вообще обвинит хозяйку плантации в убийстве какого-то… – Он осекся, встал и принялся разгуливать по кабинету. – К тому же убивать не в характере Ханны. Она может раздражаться, быть своевольной, да бог знает какой еще. Но убить – нет. Не верю. И никто не поверит!