Книга Королева не любившая розы, страница 60 – Ева Арк

— Сестра вольна приезжать с кем угодно, но только не с Бекингемом! – в бешенстве воскликнул Людовик ХIII.

— Узнав, что его пребывание во Франции нежелательно, – добавляет Ги Бретон, – герцог Бекингем, почувствовав себя самым несчастным человеком на свете, стал искать предлог для встречи с французской королевой. А так как он привык играть по-крупному, то и решил рассорить королей и довести дело до войны, чтобы после её окончания снова приехать в Париж для заключения мирного договора и увидеть Анну Австрийскую.

Тем временем Людовик ХIII продолжал осыпать своего фаворита Бараду подарками и почестями. В декабре тот получил должность обер-камергера (которую выкупили у герцога де Монморанси за 120 тысяч ливров). Король не жалел ни титулов, ни денег на своего любимца! Вот он уже капитан замка Сент-Жермен, наместник короля в Шампани, великий бальи в Труа, и губернатор Шалона. И всё это Людовик делал, по словам венецианского посланника Морозини, «не ради дел государства, а ради охоты и особых наклонностей короля». Посланник, конечно, мог и преувеличить. Одни историки считают, что король был очень богобоязненным и не решился бы на такой тяжкий грех. Другие же – что его отношения с фаворитами отнюдь не были платоническими.

Однако вернёмся к отношениям королевы с герцогом Бекингемом. Англичанин потратил оставшиеся у него три года жизни на то, чтобы завоевать её любовь. Как и в случае с Ришельё, трудно сказать, что это было – политический расчет или искренняя страсть. Несомненно одно: все эти три года политика обеих держав определялась злосчастным увлечением герцога.

Французский посол Сильер впрямую сообщал королю из Лондона:

— Бекингем – наш злейший враг.

Опять же, часть историков считают, что страсть герцога к королеве была напускной – Бекингем руководствовался не столько любовными, сколько политическими соображениями, стремясь поквитаться с Людовиком XIII, отказавшим английскому министру в военном союзе. Но истина, скорее всего, лежит, как всегда, посередине. Возможно, сначала Бекингем действительно лишь изображал страсть по политическим мотивам, то потом его чувство к Анне Австрийской стало его единственной настоящей любовью.

А какие чувства на самом деле питала к герцогу Анна Австрийская? Обратимся снова к воспоминаниям госпожи де Мотвиль:

— Герцог Бекингем был единственным, кто осмелился покуситься на её сердце.

— …ему посчастливилось, – добавляет она, – заставить прекрасную королеву признать, что если бы добродетельная женщина могла любить кого-то другого, кроме своего мужа, он был бы единственным, кто мог бы доставить ей удовольствие…

Таким образом, любовь Анны Австрийской и герцога Бекингема, безусловно, можно назвать романом века.

-Узнав о том, что именно кардинал посоветовал королю запретить красавцу Бекингему вернуться во Францию, разгневанная королева поведала мадам де Шеврёз, что готова на всё, лишь бы навредить первому министру…, – утверждает Ги Бретон.

Правда, некоторые историки полагают, что конфликт между королевой и Ришельё носил чисто политический характер. Кардинал проводил «антииспанскую» линию в политике, и это, понятно, не устраивало сестру Филиппа IV. Кроме того, будучи истовой католичкой, Анна не могла понять, как князь церкви может быть союзником немецких протестантов в войне против её кузена – католического императора. А поскольку понятие «интересы государства» в то время было не в чести среди знати, вывод напрашивался только один: Ришельё – её личный враг, который хочет её погубить.