Книга Суженый мой, ряженый, страница 83 – Вера Мосова

Устин возвращался со свадьбы Тимофея. За окном вагона мелькали серые деревья на фоне белого снега. Рядом с ним сидела Марфа. Демьян отправил её с каким-то поручением в общину к единоверцам и попросил Устина сопровождать девицу до Невьянского завода, а там помочь нанять извозчика. Но при этом намекнул, что ему было бы спокойнее, кабы парень сам съездил в общину вместе с внучкой. Помня помощь старого знахаря, Устин не мог отказать ему в этой просьбе. Марфа молчала, глядя в окно, а её попутчик мыслями был ещё там, в доме Беловых. Он вспоминал свою встречу с Асей. Видел удивление в её глазах, когда предстал перед нею в новом обличье. Понял, что произвёл на неё должное впечатление, и был уверен, что вид его понравился девице. Долго уговаривала его матушка постричь волосы и бороду, а он никак не соглашался. Но перед самой поездкой вдруг решился. Окоротил немного. И правильно сделал. Варя с Нютой тоже оценивающе осмотрели Устина, и в глазах их парень прочёл одобрение.

— А кержак-то наш, оказывается, красавчик! – прошептала Нюта Варваре, но он её услыхал и довольно улыбнулся.

Забавные они, эти девицы. С ними не соскучишься. Хоть с Нютой, хоть с Варварой. В семье Беловых Устин теперь чувствует себя своим, здесь ему как-то по-особому спокойно и тепло. И все ему искренне рады. Одно огорчает – Ася очень тревожится за Данилу. А тот, паршивец, сгинул где-то. Матушка тоже о нём печалится, но ей передали, что парень жив-здоров, живёт в своё удовольствие да прожигает неожиданное богатство. Об этом Устин не смог сказать Анастасии. Жаль её. А может, поехать да посвататься к ней? Но она всё-таки братова невеста. Негоже так. Да и вера его не позволяет. Правда, матушка упорно просит его отступиться от старой веры.

— Ты родился в новой вере, – говорит она иногда, – ты крещён в нашей церкви. Задурили тебе голову старики, всю жизнь твою поломали и меня лишили сына на долгие годы.

Устин слушает её и не знает, кто же прав – дед ли с бабкой, укравшие его из семьи, или матушка, к которой он наконец вернулся. Он по-прежнему осеняет себя двуперстием, молится старой бабушкиной иконе, ест только из своей посуды. Но сомнения не дают ему покоя. Да ещё Анастасия, к которой рвётся его душа. Но он, как может, сдерживает эти порывы. Пусть уж девица сама выбирает между братьями.

— А ты, Устин, не надумал поселиться в общине? – прервала его мысли Марфа. – Вдруг тебе там понравится?

— Вот и поглядим завтра, – ответил Устин, – что же там такого хорошего, чтоб на всю оставшуюся жизнь снова в скит податься.

Ему и с матушкой жилось неплохо. Он уже привык к новой избе, к хозяйству. Мысль об общине он давно отбросил. Нажился уже в глухом лесу, довольно.

— А разве мы не сегодня туда отправимся? – удивилась девица.

— Я думаю, лучше ехать завтра поутру, чтобы одним днём обернуться. А сегодня к нам пойдём. Матушка будет рада тебе, она очень благодарна всем, кто помог мне выжить.

Марфа задумалась. Ей, конечно, интересно побывать в доме Устина, поглядеть, как он там живёт. Да и дед намекал, что не просто так он её отправляет с парнем. Надо, дескать, им почаще вместе бывать, авось, чего и сладится. Только как же она у неверной-то хозяйки станет гостить? Но опять же Устин с нею одной веры, а значит, ничего страшного в этом нет. И она решилась: