Книга Работный дом, страница 87 – Чжоу Мо

Хупо, само собой, уже и след простыл.

Минъюй отправилась в чайную комнату. Ей нужно было с кем-то поделиться своими мыслями, и лучше всего для этого подходил лишь один человек.

— Инло!

На большом огне дымился горшочек с лекарством. Вэй Инло стояла рядом, помахивая веером. В воздухе висел густой запах каких-то снадобий.

— Что случилось?

Поколебавшись, Минъюй нерешительно произнесла:

— Сегодня ночью его величество ночевал в восточном флигеле и, похоже, облагодетельствовал какую-то из служанок.

Рука с веером застыла.

Императрица только родила, а император в эту же ночь вступил в связь со служанкой! Неужели он не мог выбрать другое место и другое время?

Еще недавно она была готова изменить свое мнение о Хунли, но после таких новостей ее прежнее предубеждение усилилось. Крепко сжав ручку веера, Вэй Инло бесстрастно ответила:

— Мы же во дворце Чанчунь! Если бы императору приглянулась служанка, неужели он не сказал бы об этом госпоже? Даже если это так, служанка уже сегодня подала бы прошение о повышении статуса!

Минъюй оторопело посмотрела на Вэй Инло:

— Ты права, однако… Ладно, возможно, я что-то напутала.

Не сговариваясь, девушки решили сохранить это происшествие в тайне.

Их госпоже и так пришлось несладко, совсем необязательно было еще больше ее расстраивать. Что касается этой нахалки, то… лучше бы Минъюй ошиблась. Но если девушка права, то они рано или поздно отыщут ее и объяснят, как можно поступать и как нельзя.

В чайной комнате повисла гнетущая тишина. Вдруг Инло воскликнула:

— Чуть не забыла! Только что императрица сказала, что император уже дал имя седьмому принцу.

— Да? И какое же?

— Юнцун.

Юнцун… Юнцун… Минъюй задумалась. И вдруг подпрыгнула от радости.

— Ты знаешь, что означает «цун»? – возбужденно спросила она.

Конечно же, Вэй Инло знала, но покачала головой, чтобы дать Минъюй возможность объяснить.

— Цун – это ритуальная утварь в храмах предков, – приплясывая от радости, пояснила Минъюй. – Это значит, что у императора есть намерение оставить трон седьмому принцу.

— Не сглазь! – Вэй Инло веером прикрыла рот приятельницы.

Минъюй не унималась:

— А что, разве не так? В имени шестого принца есть иероглиф «жун», что означает «звон нефритовых подвесок», а у седьмого принца в имени «утварь из храма предков». Сразу ясно, кто из них важнее!

Инло сурово посмотрела на нее.

— Да, да. Я сейчас готовлю лекарство, иди хвастайся в другом месте!

Минъюй хотела разделить с ней свою радость, но, видя такое безразличие, надулась и обиженно произнесла:

— Почему ты не радуешься?

— А чему радоваться? – грустно ответила девушка. – При родах императрица потеряла очень много крови. Императорские лекари сказали, что это непременно скажется на ее здоровье…

Минъюй посмотрела на нее с удивлением:

— Как супруге императора сохранить свой статус, не имея ребенка? И это справедливо не только для императорских жен, но и для любой женщины в этом мире.

— Зачем нужны статус и богатство, если вообще можешь лишиться жизни?

— Но госпоже не нужны ни статус, ни власть! Она мечтала о сыне, только он может сделать ее счастливой!

— Женщины тоже люди, для любого человека самое ценное – его жизнь! – сказала Вэй Инло с улыбкой. – В этот раз императрице посчастливилось сохранить жизнь. А если она умрет, то каково будет в Запретном городе ребенку без родной матери? Те, кто рискует жизнью ради ребенка, – глупцы!