Книга Анчутка, страница 244 – Алексей Малых

— Дорогу! — наконец верховой с всадником через толпу пробрался.

Тут толпа гомонить перестала, тишиной сковало всю площадь — только галки где-то галдели — замерли все в ожидании зрелищ. Чего этот баламошка удумал — дивуются.

Извор весь в поту и в пыли, как есть с пути дальнего. С коня слетел, перед отцом встал, поклон сыновий отвесил.

— Что ты творишь? Опозорить решил меня? Или венчание сорвать удумал? — рыкнул, глазами по сторонам стреляет.

— Нет, отец, что ты?! Просто не по-людски как-то — меня не дождались? Сестрицу родную другу верному моему без меня венчаешь?

— Не неси ерунды! — шепотливо гаркнул.

— Да какая ж это ерунда? То что Мирослав друг мой — всем известно, и то, что невеста его — Любава Позвиздовна — тоже не тайна. Только вот одного не пойму — где невеста? Глянуть хоть бы глазком.

— Извор, здесь я! — дочь Нежданы смеясь откликнулась.

— Сестрица моя, дай погляжу на тебя, — к той поспешил. Осмотрел с ног до головы, языком прицокнул, щёки алые расцеловал. — Хороша!

— Ну тебя, братец! И не совестно тебе — на такое торжество в таком виде явился. — Случилось что?

— Случилось, — на отца скосился, — не пускали меня. Пришлось постараться малость, чтоб добраться сюда.

— Потом расскажешь братец. Потом. Заждались нас уже.

— Коли так, задерживать не буду, а нам с тобой и честь знать надо.

— Так я невеста, — засмеялась, руку к себе принимает, а тот не пускает — тянет куда-то.

— Извор, охолонись, — Военег к тому близёхонько притиснулся, глаза в глаза с тем речь ведёт.

— Твоя година, отец, кончилась. Я грех возьму на душу, но всему конец положу. Я миром хотел то порешать, только ты первый своё слово нарушил.

— Что ты буровишь?

— А то отец, что не нужно было и затевать всё. Ты Гостомысла с его молодцами зачем подослал ко мне? — не менее отца злобным жаром того обдал. — Я просил тебя, Сороку не трогать, — шипит, на отца слюной гневной брызжет. — Ты сию битву первый затеял.

— Окстись! — Военег ярится, в ответ тому слова цедит, чтоб другим слышно не было. — Не посылал я никого.

— Не посылал, говоришь?! Тогда ладно, — улыбается ёрничая. — Позволь тогда мне невесту к жениху проводить, — хитро глаза щурит.

— Не смей венчание срывать, — Военег с недоверием сына взглядом мерит. — Сегодня Любава супружницей Мирослава станет, а нет — не дожить ему до утра.

— А я и не против венчания-то, — лукаво отцу улыбнулся, да не по-доброму. Воздухом грудь молодецкую наполнил, да погромче сказал, чтоб далеко слышно было, да взора своего от Военега не отводя, выкрикнул, — указом Всеволода Ярославовича обвенчать боярина Мирослава Ольговича с Любавой Позвиздовной, дочерью славного боярина Позвизда Перковича.

Рассмеялся Извор, видя удивление отца своего. Тот немного опешенность с себя стряхнув, оплеуху этому балагуру отвесил, что тот пошатнувшись на ногах еле устоял.

— Чего тут скоморохом прикидываешься?!

Дочь Нежданы к храмовым дверям направилась и не видит она, что в ровень с ней ещё одна девица идёт, перед которой ряды дружинников с поклоном расступились.

Три седмицы назад

Извор гнал гнедку во весь опор. Тот, послушно следуя приказу своего взволнованного всадника, обогнул небольшой разлом и во все лопатки устремился к пологой балке. Потом преодолел холм, ещё один. А там рысью пустился по редколесью.