Книга Анчутка, страница 186 – Алексей Малых

Зайдя в глубь бурелома, Извор даже немного опешил, когда увидел среди нескольких воеводиных дружинников и самого отца, Гостомысла с окровавленной булавой в кусках плоти и волос, ещё десятского, протягивающего своему владыке калчан со стрелками. Его отец с интересом их рассматривая, верно тоже не ожидая здесь увидеть сына, был слегка удивлён.

— Что ты делаешь здесь? — спросил не как отец, а более как воевода своего воина.

— Я заметил подозрительного человека и хотел его испытать, что он здесь делает. Он побежал, ну и я за ним… — Извор увиливал, не открывая всей истины. Он подступил ближе, рассматривая уже безжизненную, но ещё тёплую плоть стрельца.

— Ты один? — не менее осторожно выспрашивал и воевода своего сына. — И что за вид у тебя?

— Один… Я его увидел с того берега… Вот и промок, а потом в овраг упал. Буян там остался, — кивнул в сторону.-…Ты знаешь кто это?

— Нет, — сухо произнёс Военег, вернув стрелу сотскому. — Как видишь, Гостомысл его настиг первым.

— Но почему вы гнали его? Случилось что?

— Он стрелял в Олега.

— Наместник… мёртв? — теперь стало понятнее что военеговы дружинники делают в этих дебрях.

— Нет, жив, но не здоров. Он упал с коня.

Извор медленно подступал к мёртвому лучнику, он знал кто это, он видел его раньше. Ему не нужно было видеть его лицо, ему хватило лишь его рук. Извор достаточно хорошо их рассмотрел, пока булава с хрустом не размозжила его руки, сдирая кожу до основания.

* * *

Извор не стал всего рассказывать. Выжидал, высматривал.

— Она, — кивком указал вглубь палатки, где мерцали огоньки от светильных плошек, а на походном ложе под прикрытием полога, защищающего от комарья, смутно прослеживались, почти не видно при тусклом овещении, очертания того, кто покоился там, — когда его увидела, потеряла сознание и с тех пор в бреду. Мертвец настолько изуродован, что его и не распознать, но я не хочу даже верить в то, что это Храбр. Я думал, что он действительно чтил и уважал моего отца — он всегда с каким-то замиранием слушал мои рассказы о нём, делал всё, чтоб ему угодить или получить похвалу. Быть не может, что он так унимал мою бдительность. Теперь мы верно и не узнаем, он это или нет… даже от метки не осталось и следа. Ты ведь знаешь, что у него такая же метка как и у Сороки.

Услышав её имя, Извор стремясь всё же проникнуть в палатку, которая была и его отчасти, поднажал грудью.

— Она не в том виде, чтоб другие мужи, могли на неё смотреть. Потом.

— А где же мне прикажешь ночевать? — попытался взять своё нахрапом, запомнив слова, что он тут лишний.

— Пойди к отцу, у него явно найдётся место для тебя…

От этих слов Извора пронзило холодом, дыхание участилось, а кулаки сжались. Он стоял долго перед плотно сомкнутыми полами палатки. Извору казалось, что в этой жизни нет справедливости, что судьба насмехается над ним — он вечно остаётся с носом — за что бы ни взялся, он вечно оказывается круглым неудачником. Даже вот сейчас — он нашёл потерянную невесту, а "своей" назвать не может. Опять малодушие? Или всё же что-то иное?

"Опоздал. Она была так близко, а я упустил свою удачу. Я сам оттолкнул её от себя. Я позволил другому забрать её. Отец прав, Мир действительно не считает меня ближником. Он только берёт, ничего не отдавая, считая меня своим холопом. Но… я не сдамся так просто! Я верну всё на свои места!"