Онлайн книга «Её Сиятельство Графиня»
|
Решившись, я сняла вуаль, платок. Стало неимоверно легко, и я улыбнулась в ответ на внимательный взгляд супруга. — Я не одна. — Больше никогда, — наклонившись, он поцеловал меня в лоб. Сопротивляться не стала — лишь подставила губы, желая, наконец, завершить наше венчание. Письмо Лизаветы Вавиловой-Воронцовой, опубликованное в «Современнике» в ноябре 1859 года под названием «Путёмъ правды» и разошедшееся рекордными тиражами: «Друзья! Печальными могутъ показаться обстоятельства моего къ вамъ обращенія, но знайте — я счастлива какъ никогда раньше. Не описать словами мои нескончаемые вамъ благодарности — я молю Бога за васъ и ваше благополучіе. Ваша поддержка оказалась для меня живительной, прошлая тоска смѣнилась радостью отъ предстоящаго приключенія. Быть можетъ, намъ съ вами не суждено болѣ встрѣтиться, а можетъ — пути наши еще не разъ пересѣкутся. Не печальтесь обо мнѣ, невозможна для меня судьба лучше, чѣмъ эта, и знайте — я не жалѣю и никогда не буду жалѣть о словахъ своихъ, о рѣшеніяхъ и поступкахъ. Если бы выборъ всталъ передо мной еще разъ — я вновь бы выбрала правду, вѣдь за правдой — будущее. Знайте, что обвиненія на мой счетъ — злой навѣтъ и никогда я не желала Россіи ничего дурного, однако и признать правильность всѣхъ принятыхъ рѣшеній я не въ правѣ. «Справедливость да потечетъ какъ вода, и правда — какъ сильный потокъ.» (Амосъ: 5:24) Человѣкъ человѣку братъ, и каждый — пастырь своей паствы. Нѣтъ ничего хуже посягательства на чужое — и съ этой истиной я никогда не разстанусь. Мнѣ повѣдали, что всякаго, поддержавшаго меня въ томъ переломный моментъ ожидаетъ наказаніе, однако не стоитъ о томъ переживать — всякое взысканіе будетъ оплачено съ накопленій Вавиловыхъ и не сочтите за стыдъ обратиться за помощью къ моимъ повѣреннымъ. Всякое имущество должно служить во благо, и потому я оставила послѣ себя капиталы, что будутъ расходоваться безкорыстно и для людей. Пусть это станетъ искупленіемъ моихъ грѣховъ и помощью страждущимъ. Прошу васъ о маломъ и многомъ въ то же время — боритесь, стремитесь, молитесь. Помните, выборъ — даръ Божій человѣку, такъ выбирайте праведно, страшась отвѣта передъ Нимъ. Молюсь за васъ и уповаю на ваши молитвы, Надѣюсь на встрѣчу въ Вѣчности, Ваша Лиза Вавилова-Воронцова» Эпилог Князь Демид Воронцов, как он понял сам, всю жизнь жил только ради себя — ради своих интересов, своего имени, и даже его подчинённость дворянским законам была проявлением эгоизма, нарциссизма, желанием выставить себя человеком высокоморальным, коим он, на деле, не являлся. Теперь же жизнь его была о другом. Казалось, он перешёл из одной крайности в другую, всякое его решение отныне диктовалось чужим желанием — Лизиным. Как он боялся её потерять! Их путь в ссылку был непрост с самого начала — холода наступили внезапно и рано, Лиза тут же заболела. С неделю они ждали, когда пройдёт жар, только потом продолжили путь, и снова болезнь настигла её. Ветры пробирались даже в прогретый экипаж, и в особо холодные дни — а потом и вовсе без повода — Демид сажал Лизу к себе на колени, прижимал, укутывая шинелью. Так она нередко засыпала, сопя, словно маленький зайчик, а иногда — начинала откровенничать, рассказывая самые потаённые секреты. Так она поведала Демиду о жизни в плену. О том, как она, ещё только отрок, застала близкий ей аул в огне, и как оттуда её забрал сам имам Шамиль, а после — не отпустил домой, сообщив ей, что отныне она предмет политического обмена. |