Книга Таточка, страница 30 – Татьяна Стародубцева

С наступлением весны у Таточки начали проявляться характерные для этого времени симптомы водянки. У неё распухли ноги и руки, а её хрупкое фарфоровое личико выглядело как будто онемевшим от холода и недостатка ухода. В этот момент она пришла к выводу, что, когда погода станет более теплой, им следует всё же эвакуироваться. Открытие речной навигации значительно упростит их перемещение в тёплый сезон, ведь хотя бы не будет опасности замерзнуть.

В мае Таточка вместе с Анной Фёдоровной начали подготовку к эвакуации, выбирая, какие вещи забрать с собой, а какие оставить дома. Они упаковывали посуду и предметы быта, пряча их в кладовке. Таточка с грустью смотрела на старые вещи, которые имели множество воспоминаний. Каждое блюдо, каждая чашка вносила свой вклад в уникальную атмосферу их дома, и расставаться с ними было нелегко. Анна Фёдоровна, заметив замешательство дочери, попыталась её подбодрить, напоминая о важности хранения только самого необходимого. “Мы должны думать о будущем,” – сказала она, аккуратно складывая в упаковку свои любимые кружки.

Им выдали эвакуационный лист на двадцатое июля. В этот день они направились сначала на Финляндский вокзал, где все необходимые документы были подписаны и им вручили талон на поезд, в котором им предстояло ехать. Получив свои сухие пайки, они направились к поезду. Многие сразу же приступали к еде, что приводило к печальным последствиям: люди, которые долго испытывали голод после такого обильного обеда, погибали. Анна Федоровна понимала, что действовать так нельзя, и поэтому разделила свой паёк на десять частей. Таточка тоже уразумела на собственном горьком опыте, что нельзя спешить с едой, поэтому не стремилась приступать к пище.

Перед Ладожским озером их ждала непростая дорога. Они путешествовали в товарных вагонах без окон, и поэтому двигались в полной темноте. Внутри вагона царила глухая темень и духота, а еще ощущался запах пота и невыносимой грязи. Поезд двигался долго и несколько раз останавливался в лесу без очевидной причины. Пассажиры выглядывали из окон в поисках воды, но вокруг не оказалось источников – лишь ржавые лужи около рельс, пить из которых решались не все. Таточка прихватила термос с чаем, поэтому они решили не рисковать и воздержаться от подозрительной жидкости. В конце концов, они прибыли на пирс Ладожского озера, где ожидали пароход еще несколько часов. Пока они сидели у причала, начался дождь, и им пришлось укрыться в маяке. Внутри собралось много людей, было довольно тесно, и рядом с Таточкой сидела одна бабушка. Она рассказала, что её детей лишили жизни, и теперь внуки остались с ней. Бабушка угостила Таточку салом, что стало очень кстати.

Девушка, откусив кусочек сала, почувствовала, как оно растаяло на её языке. Вкус оказался насыщенным и немного солёным, придавая сил в этот непростой миг. Бабушка продолжала рассказывать о своей беде, и Таточка не могла не испытывать сочувствия. Хоть они были чужими людьми, их объединяла общая судьба, полная страданий и потерь. Каждый в этих стенах искал облегчение, и каждая история звучала как тихий крик из затемнённой души.

Вскоре дождь усилился, и в каплях воды можно было ощутить холодное дыхание северного ветра. Люди заволновались, и кто-то начал обсуждать, как долго ещё придётся ждать пароход. Внезапно маяк наполнился светом – маленькая лампочка, которая не прекращала работы, казалась символом надежды. Таточка посмотрела на других пассажиров, многим было необходимо это маленькое утешение.