Книга Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза, страница 187 – Элисон Уэйр

В тот вечер, пытаясь продемонстрировать поддержку, она пригласила Генриха поужинать с нею наедине.

— Меня очень беспокоит эта ситуация, – сказала Елизавета, когда они принялись за весеннего ягненка с черносливом. – Какие меры вы примете против изменника Линкольна?

Генрих прищурился:

— Я пока не решил.

— Но вы должны действовать…

— Я же сказал, Елизавета, что пока не решил.

Ее осенило: он не скажет ей из недоверия. На мгновение она умолкла, чувствуя, что близка к слезам, а потом едко проговорила:

— Надеюсь, вы не считаете меня изменницей, которая выдаст ваши планы.

У Генриха хватило такта, чтобы продемонстрировать смущение.

— Ни секунды так не думал, – торопливо произнес он. – Простите, что дал вам повод заподозрить такое.

— Я больше не буду встревать в ваши дела, – обиженно произнесла Елизавета.

— Бесси, прошу, давайте не будем ссориться.

— Я всего лишь пыталась поддержать вас, – заявила она.

— Простите, у меня был трудный день. – Он потянулся через стол и взял ее руку. – Я бы предпочел отставить все это в сторону.

Елизавета улыбнулась, по-прежнему неуверенная, сомневается ли он в ней, и перевела разговор на другую тему. Потом она совершила ошибку, сказав, что завтра утром собирается навестить мать.

— Нет, – отрезал Генрих. – Только не сейчас.

— Она не имеет никакого отношения к заговору, – возразила Елизавета.

— Мы этого не знаем, Бесси.

Елизавета раздраженно бросила на стол салфетку:

— Генрих, прошу вас, выбросьте из головы мысль, что моя мать изменница.

— Позвольте напомнить вам, что, если бы ее планы сбылись, вы сейчас были бы королевой при Ричарде, а я – нищим изгнанником, – холодно произнес король.

— Это был не ее план, а его, и она согласилась, увидев, что я готова принести эту жертву; кроме того, мы оставили все надежды на вас. Она этого не желала, Генрих, но только так мы могли обеспечить себе будущее. Сколько еще раз мне придется повторять это?

И вновь Генрих выглядел пристыженным:

— Я не могу ничего с собой поделать, Бесси. Привык не доверять никому.

— Но мне вы можете доверять и моей матери тоже.

Он криво улыбнулся.

— Вы можете! – воскликнула Елизавета. – И я поеду к ней завтра.

Улыбка исчезла.

— Нет, Бесси.

— Неужели сейчас так опасно навестить стареющую женщину в монастыре? – взорвалась она.

— Хотелось бы мне дать ответ на это. И вы меня не ослушаетесь.

— О, я очень верная долгу жена! – ответила Елизавета. – Но мне это дорого обходится. – Она встала. – Вы позволите мне уйти?

Генрих тоже поднялся.

— Не думайте обо мне плохо, Бесси. Я должен заботиться о безопасности своего королевства и принимать во внимание мнение Совета. Потерпите. Как только мы покончим с самозванцем и все успокоится, вы встретитесь со своей матерью.

И ей пришлось удовлетвориться этим.

Генрих поехал на север разбираться с Симнелом. Вторжение могло начаться в любой момент. Когда они с Елизаветой спускались по лестнице во двор, где короля ждала свита, он взял ее за руку:

— Я буду скучать по вас, сariad.

Елизавета понимала, что Генрих хочет сказать больше, так как отношения между ними стали напряженными после ссоры три недели назад.

— Я буду молиться о вашем благополучном возвращении, – ответила она. Разлука страшила ее. Вдруг Генрих не вернется? В этом случае ей оставалось надеяться, что Линкольн отнесется по-доброму к ней и Артуру. И все же какой король потерпит соперника? Стоило только посмотреть, как Генрих относился к Уорику. Елизавета задрожала. – Да пошлет вам Господь великую победу, – с чувством промолвила она, а потом, понимая, что не позволит ему отправиться навстречу неизвестности, пока их размолвка не улажена, Елизавета привлекла мужа к себе, прямо там, на лестнице, и обняла так крепко, что ощутила согласное биение их сердец. – Берегите себя! – воскликнула она. – Возвращайтесь ко мне!