Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 54 – Элисон Уэйр

Гарри вел Кейт в танце и вдруг услышал, как Луис Карос сказал, что инициалы на его костюме, должно быть, из простого металла.

— Нет! – воскликнул король, желая похвастаться своим богатством. – Они из настоящего золота!

Однако посол продолжал глядеть на него с сомнением, такой же вид имели Суррей и еще несколько человек, стоявших вокруг.

— Я докажу вам, что они золотые! – со смехом крикнул Гарри. – Идите сюда все, оторвите их и убедитесь сами!

Он взял Кейт за руку и закружил ее в танце. Один за другим к ним подходили придворные, сперва нерешительно, потом со все возрастающей смелостью. Гарри усмехался, пока они отрывали буквы с его одежды и в удивлении их разглядывали. Потом неожиданно вперед с криками «Дают! Дают!» ринулись простолюдины. Они врезались в толпу танцующих и принялись срывать с короля и придворных дорогие наряды, хватая попутно все, что попадало под руку. Сперва Гарри это позабавило: простой люд принял брошенный им вызов за щедрое приглашение поживиться чужим богатством. Он хохотал, видя смятение своих придворных.

Но ситуация быстро выходила из-под контроля. Одежду рвали в клочья, украшения сдергивали, невзирая на то, что при этом могли поранить владельцев, нескольких джентльменов жадные до поживы громилы повалили на пол. Началась невообразимая свалка! Гарри заметил испуг на лице Кейт. В этот момент двое неотесанных мужиков сорвали с него гаун^[11], и он остался в разодранном дублете и в чулках. Так он и стоял, хохоча от беспомощности, а его добрый народ, плотно обступив лордов, лишал их дорогих нарядов. Смешно было видеть испуганные и возмущенные лица придворных!

Екатерина с дамами нашла убежище на помосте, где к ней запоздало присоединился Гарри.

— Не пора ли остановить их? – с тревогой спросила королева, но король только рассмеялся и воскликнул:

— Пусть получат свои щедрые дары в честь принца! Я прокричу это! Налетайте! Берите! Матерь Божья, вы только посмотрите!

Екатерина устремила взгляд в ту сторону, куда указывал король, и увидела сэра Томаса Найвета, канцлера казначейства, который забрался на колонну, чтобы избежать хищных лап толпы, совершенно голый. Дамам были прекрасно видны все мужские части его тела. Гарри почувствовал, что сам заливается краской, но не мог удержаться от хохота.

— Ну уж это слишком! Стыдно! – возмутилась Екатерина и встала.

Бурлящая толпа начала приближаться к помосту. Гарри заметил выражение ужаса на лице королевы, когда двое дюжих мужиков потянули свои лапищи к платьям дам, отчего те подняли дикий визг.

— Довольно! – крикнул король громким, как труба, голосом и дал знак йоменам гвардии.

Мигом в толпу врезались вооруженные пиками люди, стали толкать людей назад к дверям и выпихивать их из зала, а Гарри и его потрепанные придворные молча глядели друг на друга ошалелыми глазами. Кто-то кинул бедняге Найвету разорванное платье. Генрих громко расхохотался. Возникла пауза, а затем его примеру последовали остальные; гогот стоял оглушительный, звуки общего веселья эхом отдавались под стропилами крыши.

— Да, вот так живая картина! – воскликнул Гарри, переводя все в шутку. – Пусть наши горести обращаются в смех и игру! Пойдемте, милорды и леди, на банкет – в таком виде!

Взяв Кейт за руку, Гарри направился к своим личным покоям, не дав никому времени на возражения. Вскоре, как он и рассчитывал, его придворные, хотя и с ощипанными перьями, поспешили за ним, треща языками и посмеиваясь. Они, без сомнения, потешались над несчастным Найветом, который остался совсем без одежды.