Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 140 – Ева Арк

— Позвольте мне это сохранить в тайне, донна Лоренца.

— А вот о том, как Хуан разыскал Вас, я могу поведать, – словно прочитав её мысли, добавил старший сын папы.

Оказалось, что на следующий день после того, как он привёз Лоренцу в Санта Мария дель Портико, Цезарь был приглашён на приём в Ватикан. Кроме него, там присутствовали также герцог Гандии, Лукреция и Джулия Фарнезе. Во время приёма он заметил, что Хуан о чём-то оживлённо беседует с любовницей папы, хотя до того они не переваривали друг друга. Подозрения кардинала ещё больше усилились, когда сестра сообщила ему об инциденте с Лаурой. Поэтому, как только герцог, не дожидаясь окончания приёма, вышел, Цезарь последовал за ним.

— Остальное Вы знаете, – закончил кардинал.

— Слава Богу, что Его Святейшество появился вовремя.

— Да, Лукреция потом призналась мне, что, беспокоясь за нас с братом, она обо всём рассказала Его Святейшеству. Хотя я справился бы с Хуаном и сам.

Лоренца вздохнула:

— Не понимаю, чем я могла вызвать такую ненависть мадонны Джулии?

— Своей красотой.

— Покраснев, девушка машинально одёрнула юбку, а кардинал продолжал:

— Впрочем, это не должно Вас волновать. Я сумею защитить Вас и от Джулии, и от моего брата.

— Но почему Вы принимаете такое участие в моей судьбе, монсеньор? – дочь Великолепного в первый раз открыто посмотрела в глаза своего собеседника.

В ответ тот чарующе улыбнулся:

— Признаюсь, что у меня есть на Вас свои виды, донна Лоренца.

— Могу я узнать, какие виды, монсеньор?

Не успел Цезарь ничего сказать, как в столовую снова вошла его сестра, уже успевшая переодеться в синий бархат.

— Это платье очень идёт тебе, Лукреция! – сразу же переключился на неё кардинал.

Одарив его лучезарной улыбкой, та кокетливо поправила золотую сетку на голове, и Лоренца вдруг почувствовала себя здесь лишней. Впрочем, через минуту Цезарь добавил:

— Донне Лоренце нездоровится, сестрица, поэтому я пришлю к ней врача. И ещё – ей ни в коем случае нельзя выходить из дворца.

В свою очередь, дочь папы бросила на девушку сочувственный взгляд:

— Но ведь скоро начнётся Великий пост, братец. Неужели донна Лоренца не увидит завтрашний бой быков? А в конце карнавала я ещё хотела устроить бал.

— Ладно, – подумав, кивнул кардинал. – Бой быков она может посмотреть из окна.

— Что же касается бала, то Вам необходимо новое платье, донна Лоренца, – обратился он затем к дочери Великолепного. – Его сошьёт портной моей сестры, а я оплачу все расходы.

— Вы слишком великодушны, монсеньор.

— Должен же я чем-то компенсировать Ваше вынужденное заточение здесь.

Щедрость старшего сына папы совсем очаровала девушку и она радовалась, что обвинения Джулии не подтвердились. Иначе Цезарь не стал бы тянуть с её аудиенцией у папы. Лоренце казалось, что она понимает замысел кардинала: переждать некоторое время, пока страсти улягутся, а потом переправить её в более безопасное место.

Погода в день боя быков выдалась совсем неплохой: дождя не было и из-за туч временами даже выглядывало солнце. Лукреция вместе с Адрианой и Джулией расположилась на балконе, задрапированном шёлком и коврами, в то время как дочь Великолепного наблюдала за зрелищем из соседнего окна. Что же касается папы и герцога Гандии, то они со своей свитой устроились в лоджии возле собора Святого Петра. Площадь перед ним огородили. Здесь собралось несколько тысяч зрителей. Ровно в полдень ворота папской резиденции распахнулись, и оттуда вышел Цезарь Борджиа в сопровождении своих друзей. Следом за ним вели великолепного жеребца со сбруей, украшенной драгоценными камнями, и чепраком из белой парчи. В одной руке старший сын папы держал копьё. Два пажа, ехавшие верхом, тоже держали копья и знамёна с вышитым на них золотым солнцем. Перед кардиналом шествовали двенадцать мальчиков, одетых в двухцветные, жёлто-красные костюмы, и двенадцать всадников. Однако брат Лукреции выделялся среди всех своей гордой осанкой и прекрасным сложением.