Книга Непредсказуемый граф, страница 92 – Аннабел Брайант

— Зачем вы меня сюда привезли? – спросила Кэролайн, надеясь, что, перебрасываясь с ним ничего не значащими фразами, она сможет вернуть душевное равновесие.

— Я думал, это ясно без слов, – ответил Линдси с плотоядной ухмылкой, в которой не осталось ни следа от недавней печали. – Разумеется, для того чтобы всласть вами насладиться. Как вам, должно быть, известно – я негодяй из негодяев, хитрый, коварный, безнравственный и бессовестный. Меня хлебом не корми, дай поохотиться на доверчивых особ, у которых хватает глупости поддаться моим чарам и позволить умчать себя в ночь куда глаза глядят.

Иная на ее месте, выслушав этот самообличительный диалог и знакомая с его репутацией, бросилась бы бежать без оглядки, но Кэролайн никакого страха перед ним не испытывала. Если у нее и захватило дух, то от предвкушения.

— И такое мнение о вашей персоне я тоже слышала. Сколько людей – столько и мнений. А может, вы просто меняете маски? Так кто вы сейчас? Волк из сказки о Красной Шапочке? Или хитрый лис, который решил поохотиться на лесных фей? – спросила Кэролайн, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

— И все же вы здесь. Хотя я не тот, кого можно рекомендовать вам в мужья, – наклонившись к ней, произнес Линдси чувственным шепотом. Он отлично знал свое дело.

— Да, я действительно подыскиваю мужа, – без обиняков заявила Кэролайн и отошла к камину – на безопасное расстояние. То ли камин был слишком жарко натоплен, то ли его шарм действовал на большей, чем она надеялась, дистанции, но ее волнение нисколько не утихло. Тогда Кэролайн испробовала другой прием: стала внимательно рассматривать висящую на стене картину – и, как ни странно, этот трюк сработал. Картина показалась ей знакомой. Где же она ее видела? Может, в Италии, в одной из галерей, куда ее водил отец? Но как она оказалась здесь?

— Не хотите ли стаканчик шерри? – спросил Линдси, прервав ее размышления.

— Нет, спасибо.

Он подошел к ней и, встав рядом, устремил взгляд на ту же картину.

— Это бесценный оригинал. Мой отец коллекционировал картины, но не ради художественной ценности, а как полезную инвестицию капитала. Он был вполне последователен в отношении как к своим картинам, так и ко мне. И произведения искусства, и наследник являлись его собственностью, имеющей самое прагматичное назначение. Радости ни то, ни другое ему не доставляло.

— Жаль, что он не видел тех явных достоинств, которые так ясно вижу я.

Линдси удивленно приподнял бровь, и Кэролайн не оставила этот жест незамеченным.

— Нет нужды мне льстить. Я знаю, чего стою. Мой отец оставил мне то еще наследство. Он сделал меня таким, каким я стою сейчас перед вами: слишком осторожным, чтобы увлечься всерьез или чтобы безоглядно довериться.

— Это не так, Джонатан.

Линдси сделал глубокий вдох, и Кэролайн, решив, что он собирается с духом, терпеливо ждала ответа. Но так и не дождалась.

— Так вы решили вечно носить эту маску пресыщенного, ко всему безразличного прожигателя жизни? Для чего? Чтобы всех запутать?

— Скорее для того, чтобы отвлечь, – быстро ответил он и, глядя ей прямо в глаза, совсем другим доном добавил: – Я никогда не сделаю вам ничего плохого, Кэролайн.

Пришел черед удивиться и ей. Не столько его словам, сколько той искренней убежденности, которую он в них вложил.