Книга Вояджер-10, страница 16 – Ана Жен

— Вы знаете, что я не умею думать в привычном понимании? Все, что я подмечаю, все, что генерируется в моей голове, должно быть проговорено…

Воя посерьезнела, используя один из редких циклов без улыбок.

— Поэтому я не могу промолчать. Я не могу не сказать… Мне очень страшно. Мне не должно быть страшно, я не должна уметь чувствовать, но…

Ее голос оборвался помехами. Мир оторопело смотрел на монитор, на котором вспыхнул логотип NASA.

Через каких-то две минуты дверь запищала – кто-то стремился войти в его комнату. Мир нажал на кнопку возле кровати. Отсек открылся.

Придерживая живот, на пороге стояла запыхавшаяся Луна.

— Ты бежала?

— Насколько это возможно с таким пузом…

Переваливаясь, как какой-нибудь пингвин, Луна вошла в комнату и рухнула на кровать.

— Я видела эфир.

— И?

— Как ты? – участливо спросила Луна.

Мир не ответил. Он не мог произнести вслух, что каждый раз, когда эфир обрывается, у него внутри тоже что-то ломается. Ломается что-то очень важное.

Луна и сама это знала.

— Как думаешь, если Воя совсем потеряет связь с нами, ты… Ты сможешь жить дальше?

Он лишь печально посмотрел на подругу.

— Мир, может быть, тогда, три года назад, я допустила ошибку?

Три года назад на Марсе случилось сразу три важных события, самым масштабным из которых принято считать полноценную пресс-конференцию с Землей. Ту самую, с задержкой от десяти до пятнадцати минут.

Но Мир, Луна и Астер могли бы поспорить.

Накануне друзья собрались вместе. Всем не спалось. Если бы на Марсе не действовал сухой закон, они непременно бы выпили. Ребята сидели в комнате Мира. Луна отлучилась в уборную, а Астер так задумчиво произнес:

— А ты знаешь, что Луна в тебя влюблена?

— С чего бы это? – скептически фыркнул Мир.

— Правда не знал? – рассмеялся Астер. – А я вот в нее… – он посерьезнел.

Мир долго всматривался в темные глаза друга, а потом внезапно сказал:

— Сделай ей предложение.

— Зачем? – Астер очень редко не понимал, что происходит.

— Она мне нравится, но не думаю, что я готов испортить ей жизнь.

Луна и в самом деле нравилась Миру. Не с первой минуты и не так, как нравятся девушки. Еще в тренировочном лагере Камилла почему-то выбрала Ваню. Выбрала держаться за него и не покидать ни на минуту. Ваня не знал, почему так вышло, а вот Камилла знала. Она увидела Ваню в толпе. Он был самым высоким и угрюмым. Он не был похож на всех собравшихся здесь. Камилла тогда была до смерти напугана, но не имела права показать этот свой ужас. Она ослушалась родителей и сбежала. Когда решаешься взять ответственность за собственное будущее, очень важно не дать слабину.

— Привет, я Камилла, а ты?

Они все говорили на эсперанто, чтобы не выделять какую-то одну страну. Голос у Камиллы дрожал. Новый язык давался ей тяжело. Стыдно признаться, но если бы она допустила еще хотя бы одну ошибку в тесте, ее бы моментально исключили из программы.

— Тебя тоже бесит, что нам нужно говорить на этом тупом языке? – Он одарил ее холодным взглядом. Камилла сперва испугалась, но тут хмурый парень протянул ей руку и улыбнулся – будто бы одними только глазами:

— Иван.

Она ответила на рукопожатие. У него была большая шершавая ладонь. Будто бы он был каким-то землекопом.

— Я хочу в медицинскую группу. Я много волонтерила в госпитале и хочу быть медсестрой, – поспешно сказала Камилла, опасаясь, что суровый, наверное, русский не захочет больше с ней говорить.