Книга Софья - королева данов, страница 78 – Мира Майская

Мне стало легче, я проснулась среди ночи от того что вся мокрая. С трудом открыв глаза, я всмотрелась в сумрак, рядом кто-то сидел.

— Пить, - это всё что я смогла прошептать.

— Сонька...

Узнала голос мужа, он приподнял мне голову и напоил, я устала опустилась на подушки и вновь уснула. Проснувшись по утру, мне подумалось, что это мне приснилось.

Эрна помогла мне умыться, накормила и принялась рассказывать. Оказалось я лежало уж с десяток дней, сменилось по три знахарки и два лекаря. Мне помог лекарь привезенный Магнусом из германских земель от самого Фридриха Рыжебородого[1]. Он доставил его в Роскилле, специально для меня.

— Эрна, а что Вальдемар сидел возле меня или мне привиделось?

— Нет, не привиделось, так и было. Почти каждую ночь, или часть ночи.

Я задумалась, может я не справедлива к мужу и сама во многом виновата. Он любит меня, беспокоится.

— Эрна, а дочь? Как она? - опомнилась я.

— Хозяйка, всё благополучно. Кирстен её с рук не спускает, всё лучшее для неё.

Я выздоровела, всё шло своим чередом.

Вальдемар каким был, таким и остался. Мне иногда думалось, что это мне приснилось. Его забота и беспокойство, а Эрна лишь не хотела меня огорчать.

Маленькая Софья уже сделала первые шаги, всеобщая любимица, она была веселым и общительным ребенком. На радость отца и тетки, она уже произнесла мама, обращаясь к Кирстен. Я смотрела на это с печалью, мне казалось я плохая мать. Иногда думала, что и не знаю, как по другому. Мать не дала мне этих ощущений, а научиться и не у кого.

Лишь однажды я попросила мужа, что бы он забрал дочь из дома сестры своей. Он отмахнулся и произнес:

— Софья привыкла к Кирстен. Зачем? Она будет плакать, да и сестра расстроится. Она же рядом, да и будут у нас ещё дети.

— Но...

— Родишь мне сына и он при тебе будет, - муж всё же посмотрел на меня.

На этом развернувшись, ушёл.

К торговым рядам, что построил Арс приплывало много кораблей. Купцы из разных стран, дальних и ближних приплывали торговать в Роскилле. Заходили ладьи и из русских княжеств, для меня это было радостными известиями[2]. Через одного из купцов, я передала для князя-отца в Менск гостинцы и небольшой рукописный пергамент[3] с пожеланиями благополучия и процветания батюшке.

Пергамент в Роскилле был редкостью, но Абсолон нашел мастера, тот жил при его храме. Вот и для меня один небольшой кусочек шкуры тоже он выделал.

Жизнь наладилась, вошла в спокойное, будто небольшая речушка, русло.

В следующий год я родила вторую дочь, здесь уж сама дала ей имя, с одобрения Абсолона её окрестили Маргаритой. Я держала её подле себя, опасаясь повторения судьбы маленькой Софьи. Но зря опасалась, муж хоть и признал Маргариту, ей совсем не интересовался.

К моему удивлению, он и Кирстен любили только Софью и другой дочерью моей не занимались. Только Абсолон поддерживал меня, мы много разговаривали и обсуждали, что и как изменить в королевстве. Мы вместе заложили монастырь в Роскилле, я вложила в его строительство все подарки мужа. Он дарил мне цепи, кольца и браслеты в благодарность за рождение детей.

В благодарность за строительство торговых рядов, я позвала к себе Арса. Мне нужно было сдержать обещание данное ему и потому готова была выслушать его желание.

Я стояла недалеко от причала, иногда приходила к нему и смотрела какие корабли заходят в Роскилле. Как всегда за спиной на небольшом расстоянии несколько воинов фелага, я уже так привыкла к этому, что порой забывала о них.