Книга Софья - королева данов, страница 24 – Мира Майская

[1] Фелаг - военное объединение( братство) молодых воинов.

[2] Дренги- молодые воины без земель в поисках славы и богатства.

[3] Ярл -конунг или хевдинг, это всё руководитель дружины или хирда викингов.

[4] Эйстрасальт - Балтийское море.

[5] Пустоши - то есть высокогорные пастбища.

ГЛАВА 11 РАБ ВОЛОДИМЕР

Сигтуна, Швеция. Весна 1152 года

Вскоре я узнала, что Кнуд обратился за помощью к Генриху Льву, герцогу Саксонии, и Гартвигу I, архиепископу Бременскому, они помогли ему воинами и снабжением, чтобы собрать войско и выступить против Свена. В этом же году мой брат потерпел поражение от войск Свена III, и вновь вернулся в Сигтуну, чтобы вскоре по весне, уйти в поход с воинами шведского короля на его драккарах. Я слышала, что они пойдут по землям моей родины.

Я так мечтала пойти с братом и встретиться с Василько и отцом, но мечты мои разбились о жёсткий взгляд брата. Он пришёл ко мне ещё не выздоровевшей до конца, осунувшейся и бледной.

Сел рядом с моей лежанкой и заговорил:

— Ничего не вышло...

— Он вновь победил? В этот раз чего тебе не хватило? - я повернула голову к нему.

— Воинов мало...

— Тогда копи силы и набирай больше союзников, друзей. Не спеши, суета часто подводит.

Кнуд молча посмотрел на меня, потом потянулся и поправил сползшую с моего плеча, шкуру.

— Попробуй перетянуть к себе, союзников Свена.

— Чем я могу их притянуть к себе?

— Дружбой и выгодой, обещай земли и долю в добыче. Или чего-то ещё, чего они хотят.

— Хм, - хмыкнул он и ззадумался.

— Владимир... Можно попробовать, его перетянуть на свою сторону.

— И про Барбароссу не забудь, - это я про короля германских племён.

— А возьми меня с собой, до Менска, - внезапно попросила я.

— Я бы погостила...

Добавила, а сама уже поняла ответный взгляд брата.

Холодный, не позволяющий прикословить и даже будто не взгляд моего брата. В один миг он превратился в конунга данов, Кнуда, сына Магнуса Сильного.

Он молча ушёл, а затем я узнала он уплыл в поход.

Я поправлялась медленно, но как только встала на ноги, тут же встретилась со своим фелагом, из друзей-мальчишек. Вот тогда я и узнала, что случилось с Магнусом.

Он не выходил из своего дома, а я ждала обеспокоенная здоровьем друга. Мне приходилось караулить его, всматриваясь из-за угла его дома. Я радовалась каждый раз, как только видела его на пороге. Голова и шея его, была обмотана, а сам он был бледный и худой.

А уж когда он вновь появился в нашем фелаге, я безмерно была счастлива и даже не задумываясь, обняла его по-дружески, по-сестрински. Магнус же после схватки с медведем, пропустил первое свое плаванье. Раны на его лице затянулись, но оставили страшные следы. Сам он оправился, но будто весь ушёл в себя, стал ещё молчаливее и угрюмее.

А я со своей наивностью и непосредственностью, не оставляла попытать его расшевелить и развеселить. Мы по прежнему проводили много времени вместе, пока однажды, среди лета, Сигтуну не окружил большой отряд воинов.

Двери в город закрыли заранее, среди людей стали говорить, что это воины Свена, датского короля. Я наблюдала за чужаками через небольшую дырку в деревянном верхнем огражении, взобравшись на холм у её подножья.

Викинги, что стояли у подножья ворот, были датчане, они говорили на языке брата моего, Кнуда и его людей. Люди шведского короля собрались у ворот, и переговаривались друг с другом.