Книга Моя мишень, страница 2 – Мира Майская

После поправок, Иваныч даёт указание на повторную стрельбу. Отстреливаюсь без промаха и перехожу к стойке. Стрельба из стоячего положения, у меня всегда лучше, чем лёжа. Это удивительно, у большинства биатлонистов всё наоборот. И здесь все попадания, поднимаюсь, снег под лыжами скрипит.

И тут слышу позади раздается:

— Эта что ли чемпионка? — грубый мужской голос.

От неожиданности поворачиваюсь вместе с винтовкой, что держу в руках. Глаза упираются в стоящих напротив мужчин, один из них мне знаком, это начальник базы Семен Николаевич, а вот рядом мужик нет. За их спинами ещё четверо, здоровые и высокие.

Мне не нравится, как они хамовато разглядывают меня, будто обезьянку в клетке.

Прищурив один глаз, быстрым движением привожу винтовку в боевое положение. В мгновение я уже смотрю в объектив прицела, взяв мужика рядом с начальником базы на мушку.

А он неплох, этот высокий и крепкий хам. На меня смотрит суровый взгляд черных глаз, напоминающий мне хищника разрывающего жертву на части. Перед глазами снежный барс на белом полотне снега, а вокруг кровь его жертвы.

Суровый, холодный взгляд током проходится по моим нервам. Была бы моя воля, я бы не пересекалась с ним никогда. Да и не пересекусь больше, где я нищая детдомовка и где он, даже не сомневаюсь, олигарх.

Четверо за спинами дергаются и выхватывают пистолеты, наставляя на меня.

В голове мелькает мысль, охрана.

— Опусти винтовку, Саша.

Это Иваныч, со спины, подходя ко мне.

Я в ответ хмыкаю и опускаю дуло винтовки к земле, запорошенной снегом. И вновь поднимаю глаза на мужика и наталкиваюсь на сталь черных глаз.

— Винтовка не заряжена, так что можете проветрить штаны, господа.

Зачем я это сказала, сама не знаю. Ненавижу зажравшихся богачей, потому что простые люди для них ничто, так, просто челядь.

— Александра, ты допрыгаешься у меня, — вопит начальник базы.

А я разворачиваюсь и ухожу, мне плевать на всех них, у меня гонка через три часа, и мне на массаж нужно, а ещё лыжи и винтовку сдать на подготовку к старту.

Только шаг успеваю сделать, как раздается за спиной:

— Что Александра, руки затряслись? Сил не хватило в человека выстрелить?

Это выбивает меня из намеченной колеи, и я резко развернувшись, делаю шаг в его сторону.

Мужчина смотри на меня, не отрывая взгляд, смотрит.

Вновь шагаю, он в этот момент делает движение рукой, останавливая охрану.

Вижу, как он делает шаг мне навстречу.

Мы стоим напротив друг друга. Чувствую как ток бежит по венам.

Глаза в глаза, отчего меня кроет. Никогда не чувствовала себя так, плавлюсь, как воск свечи.

Я не сдерживаюсь и сглатываю ком образовавшийся в горле.

Дышу через раз, забываю, от напряжения.

Сколько длится это наваждение, не знаю.

За моей спиной голос тренера:

— Нам пора.

Наконец выдыхаю, и отворачиваюсь от жесткого, сканирующего взгляда.

— Господин Владимирский, нас ждут, — мельтешит Семен Николаевич.

Больше я на него не смотрю, ухожу спешным шагом.

Чуть позже сдаю винтовку и лыжи сервисменам, а сама принимаю душ и через полчаса уже направляюсь в кабинет массажиста.

Всё это время пытаюсь выбить из головы мысли о наглом хаме, но получается плохо, сама не знаю почему, но его глаза притягивают, чувствую мужик залез мне под шкуру. Хотя, что в нем такого?

Черные глаза… Темная одежда… Крепкий и высокий…