Книга Слёзы любви, страница 140 – Мира Майская

Я подолгу сидела в своей комнате, и почти перестала есть. Хват решил немного расшевелить меня, запросил сделать для своих детей, той самой натирки, что давал нам Эльрик в походе. Я рассказала ему, что смогу такую сделать.

— Ясина, ты потом в Ладогу уйдёшь, когда ещё сделаешь.

— В лес надо идти за кореньями, может потом Хват?

— Нет, потом не до этого будет, подготовка к свадьбе пойдёт.

— Хорошо, сейчас соберусь, — отказать я не могла, близким людям.

Мы направились в лес, не выбирала, лишь последовала за Хватом. Я смотрела в сторону приближающегося леса, боль разливалась в груди. Медленно проехав по лугу, мы направились дальше.

Там спустившись с коня, на опушке, взялась выбирать нужные кусты, для выкопки кореньев.

— Хват, эту возьмём, и вот эти два. И вот тот куст под калиной.

— Да, Ясина…

Почему, я не знаю. Но внезапно на меня опустилось тепло и спокойствие. Я стала всматриваться в лесную чащу, будто там кто есть. Меня тянула пойти в ту сторону, будто там что-то важное, главное даже в моей жизни.

Чтобы сдержать себя, я отошла к своей лошади, и прислонилась лбом к её боку.

— Не могу, не могу…

Повторяла я про себя, пытаясь совладать с собой.

— Больно, как же больно.

Сжав зубы, я запрыгнула на коня и громко прокричала:

— Уходим.

Подъезжая к воротам в город, вновь обернулась и посмотрела на оставшийся за спиной лес.

Я приняла решение, и отступать не буду. Да, мне придётся нелегко и я дорого заплачу за него. Но по другому, жить дальше не смогу, не получится у меня.

Мне нужно встретиться со Сверром, в последний раз. Посмотреть на него, прикоснуться, попросить его хоть иногда приходить в Ладогу. Мне нужно знать, что он счастлив и здоров.

Минуло ещё три дня и Плесков опустел, варяги и Рёрик ушли в Ладогу.

То что я задумала было невероятным, никто и никогда наверно не поймёт меня. Ну и пусть, разве это важно когда любишь. Для меня главное, чтобы понял он, главное, чтобы он не осудил.

Через восемь дней после ухода Рёрика из города, и я ушла из Плескова. В этот раз я ускользнула не замеченная ни кем, ни отцом, ни Хватом, даже стражники на воротах не заметили моего ухода.

Я шла по лесу, держа одной рукой коня за уздечку. Совсем недалеко мне осталось до поселения гётов, уже завтра по утру буду стоять под воротами. А сейчас я шла по знакомым местам, вот ручей возле которого я бежала тогда, испытывая страх, быть осуждённой Сверром. Перед глазами вновь лицо конунга, тогда давно…

Намочив ладонь в прохладной воде журчавшего ручья, протираю лицо.

Медленно иду по лесу, под ногами шелестят жёлтые и красные листья, теплый серпень в этом году. Я думаю о предстоящей встрече, не могу себе представить, как войду к нему в дом, что скажу и как к этому отнесётся жена Сверра. Как на меня посмотрит сам конунг, волосы мои за лето и осень отросли немного, и я заплела их в короткую косу, подвязав кожаным ремешком.

Перед глазами. старая ветхая избушка, та самая…

Глаза начинают слезится, когда вспоминаю, как когда-то давно моя голова лежала на груди Сверра. Сколько мне было тогда, пять, пять лет всего…

Стреножив коня, отпускаю его пастись на маленькой опушке поблизости. А сама захожу в старую избушку, осмотревшись вижу в темноте лежанку, пытаюсь обойти её. В углу сажусь на корточки, молча сижу, опустив голову.