Книга Пять убийственных игр, страница 172 – Лэй Цзюнь

Следующие 20 месяцев были посвящены изматывающей редактуре. По правде говоря, лучше уж сказать, переписыванию, так будет точнее. Автор, которому недостает природного таланта, вынужден терпеливо и мучительно переделывать все по многу раз, чтобы добиться результата, который сам кое-как сможет принять, тут уж ничего не поделаешь.

Почему же я настолько люблю подобные детективные истории, что даже решился самостоятельно взяться за перо людям на смех (я ведь никогда не был в этом силен)?

Думаю, что ответ, пожалуй, в очаровании игры с читателем, что присутствует только в таких произведениях.

Истории, вошедшие в этот сборник, должны были быть полны этого очарования. Даже если в некоторых из них появлялись тяжелые темы, я упорно сохранял непринужденность повествования, стремился не дать этой книге оказаться переполненной нравоучениями и скрытыми смыслами.

Детективная игра основывается на размышлении, и я считаю, что нет ничего интереснее размышлений: ничто другое не может приносить людям такое удовольствие.

Если вы решили выделить часть своего драгоценного времени, чтобы прочитать мою неуклюжую работу, и даже добрались до послесловия, то мне представляется, что вы в этом деле отнюдь не новичок и, по всей вероятности, не относитесь к тем, кто нетерпеливо перелистывает книгу, лишь бы поскорей добраться до ответов. Напротив, вы наверняка из тех, кто старается самостоятельно докопаться до истины, а это как раз и есть правильный подход к детективным историям. Раскрытие истины приносит удовлетворение, однако настоящее удовольствие во время чтения детективных историй дарит именно сам процесс размышления, ведущий к этому раскрытию.

Это справедливо и в отношении вашего покорного слуги. Я вовсе не стремился изо всех сил к публикации книги, а лишь от всей души наслаждался каждым мгновением, когда мне приходилось усиленно размышлять, ломая голову, и когда случались неожиданные всплески вдохновения.

— А раньше-то нельзя было сказать? Я, вообще-то, уже всю книгу прочел! Где ответы?

Вероятно, сейчас у кого-то из читателей возник такой вопрос. Что ж, так и есть – в этой книге действительно осталось несколько неразрешенных загадок. Если вы не против, я предлагаю вам посмотреть на них как на игры и поразмышлять самим.

Вопрос 1: Почему на «Корабле «Тесей» в мужском туалете висела периодическая таблица элементов?^[109]

Вопрос 2: Кто убил старика-каллиграфа в цикле «В поисках Кукловодов»?

Вопрос 3: Кто тот игрок, который купил Шкуру свирепого волка?

Первый черновик был завершен в мае 2010 года. Это был максимально сырой текст. В той версии студентка Хуан Синь была выписана мной так, как если б она была ребенком семи-восьми лет. Естественно, это требовалось исправить. Несмотря на это, композиция истории и основной замысел преступления сохранили свой первоначальный облик. То есть и текущий вариант, и первый строго соответствовали жанровым нормам детектива. Не знаю, может быть, это легкомысленное заявление, однако мне кажется, что части читателей такие произведения, опирающиеся на традиционные схемы, кажутся шаблонными и приходятся не по вкусу.

История рождается в порыве вдохновения. Вот как это случилось в данном случае. В игре в «Мафию» у наделенного большими полномочиями ведущего есть не только «всевидящее око», но и исключительное право объявлять игроков мертвыми. Однажды с нами играл бестолковый ведущий. Я тогда был мафией, аккуратно прикончил мирного жителя, а ведущий меланхолически объявил, что убит я сам… Однако как бы ни был бестолков ведущий, с наступлением утра он никогда не скажет: «Ночью мафия убила меня», верно же?