Книга Развод. Искушение простить, страница 64 – Ася Вернадская

— Значит, будем прощаться, — произнёс он.

В этот момент во мне всё кричало. Кричало, требовало: «Скажи ему! Скажи, что развод уже состоялся! Что я свободна!» Но слова застряли в горле, не в силах вырваться наружу.

И в это мгновение я вдруг поняла — Игорь был абсолютно прав. Дело было не в чёртовом штампе в паспорте, не в формальности развода. Дело было в той невидимой, почти мистической связи, что навсегда оставалась между мной и Максимом.

Игорь никогда не будет чувствовать себя в безопасности. Никогда не перестанет ревновать, никогда не поверит до конца. И даже если я скажу это роковое «я свободна», это ничего не изменит. Лишь сделает наше расставание ещё более горьким, ещё более нелепым, ещё более болезненным для нас обоих.

— Я всё понимаю, — произнёс он, глядя куда-то сквозь меня, в пустоту, возможно, видел наше несостоявшееся будущее.

— Квартира… Можешь оставаться здесь столько, сколько потребуется. Решай свои дела, никуда не торопись.

Эта последняя капля его заботы, пропитанная горечью расставания, окончательно сломала платину моего самообладания. Слёзы, которые я так долго сдерживала, хлынули по щекам неудержимым потоком, размывая тушь и оставляя солёные дорожки на коже.

— Игорь, прости меня… — всхлипнула я.

Он повернулся ко мне, пальцы осторожно, почти невесомо, скользнули по моей щеке, стирая влажную дорожку от слёз. В этом простом жесте было столько невысказанной любви, столько тоски и отчаяния, что я едва сдержала новый поток слёз.

— Не извиняйся. Ты сделала свой выбор. Я принял его. — Он глубоко вздохнул. — Береги себя, Анечка.

Он взял чемодан, повернулся и вышел. Дверь за Игорем закрылась.

Дорогие читатели!

Приглашаю Вас в свою новинку «Измена. На бис!»

https:// /shrt/Atae

Чтобы не потерять книгу, сохраните её в библиотеке.

Я застыла посреди гостиной, не в силах оторвать взгляд от двери, за которой растворился Игорь. Свобода, о которой я так грезила, теперь превратилась в полное одиночество.

Он ушёл, оставив мне квартиру, наполненную его присутствием, его запахом, его жизнью.

Но без него это пространство превратилось в пустую оболочку. Каждая вещь напоминала о нём: небрежно брошенный на кресло пиджак, чашка с недопитым кофе на столе, книга, открытая на последней странице, которую он читал.

Несколько дней превратились в бесконечную череду серых, безликих мгновений. Механически я появлялась в ресторане, отдавала распоряжения, подписывала документы, но внутри была лишь бледной тенью той женщины, которой когда-то была.

Каждое утро начиналось с мучительной борьбы — я заставляла себя надеть маску управляющей «Солнечного уголка», пряча за неё все свои чувства. Безупречный макияж, деловая улыбка, уверенная походка — всё это было лишь фасадом, за которым скрывалась разбитая вдребезги душа.

И каждый раз, переступая порог ресторана, я встречала его взгляд. Максим…

Он всегда был уже в своём кабинете, когда я появлялась в ресторане. Через полуоткрытую дверь я могла видеть его склонённую над документами фигуру, его сосредоточенный профиль, каждую линию его лица, напряжённые плечи.

Максим делал вид, что полностью поглощён работой, что не замечает моего появления. Но я замечала, как замирали его пальцы над клавиатурой, едва в поле зрения мелькала моя тень.