Книга Игра на двоих, страница 61 – Татьяна Тальская

— С каких пор? — бурчит она. — Ты же недавно говорила, что ищешь нормального мужика и спокойную жизнь.

— Рит, хватит, — я раздражаюсь, поднимаюсь и распахиваю окно. В лицо тут же летит холод и снег. — Посмотри. Москва в метели. Праздники, сугробы, темнота. У меня неделя отпуска, и я что, буду сидеть вот в этом и грустить?

Рита смотрит на меня и молчит.

— Это неделя. И я не глупая, — добавляю я и иду наверх. — Это Илья Мельников. Как будто он может… разбить мне сердце.

— Ты витаешь в облаках, — кричит она вслед.

— А ты драматизируешь, — бросаю я и падаю на кровать.

Через минуту я уже смотрю на открытый чемодан и думаю только одно: так, что берут на романтический побег с секс-божеством?

Паспорт — да.

Купальники — да.

Крем — да.

Платья — да.

Белье — да.

Обувь — да.

Книги — да.

Ноут — да.

Косметичка — да.

Зарядка — да.

Таблетки — да.

Я замираю, хмыкаю и добавляю про себя: и еще кое-что… на всякий случай.

Проверяю противозачаточные — да.

Смазка — есть, есть и еще раз есть. Я, блин, такая болезненно чувствительная, что это уже смешно.

Он — зверь. Я улыбаюсь… Не то чтобы я жалуюсь. Это как раз тот случай, когда больно и кайфово одновременно.

Я закрываю чемодан и вдруг вспоминаю одну вещь. Подхожу к шкафу, достаю красное спортивное платье, то самое — и улыбаюсь еще шире. Ну да. Пусть будет.

Через час пиликает почта — для сообщений от «Эдика» у меня отдельный звук уведомлений.

Привет, Пинки. Как ты? Что нового?

Я улыбаюсь и отвечаю:

Я отлично. Как прошло твое свидание с уборщицей?

Точки… он печатает.

Невероятно.

У меня рот приоткрывается.

Что? «Невероятно» — это сильно. Что такого случилось?

Точки… и я, как идиотка, реально делаю маленький танец на месте.

Она… Нет слов, насколько она горячая. Скажем так: ночь была отличная. Сегодня увожу ее на неделю, так что могу пропадать без связи.

Я тихо хихикаю, прижимаю телефон к груди. Если вдруг в этой поездке из Ильи вылезет чуть больше Эдика… это будет слишком хорошо.

На неделю? Вау! Что тебя так сорвало?

Точки.

Хочу ее себе. Хотя бы ненадолго.

Я закрываю глаза и улыбаюсь. Я тоже хочу тебя себе.

Я печатаю:

Повезло ей. Хорошей поездки. Если сможешь — пиши. Чмоки

Почти сразу приходит эсэмэс, уже от самого Ильи.

Я у подъезда. Чмок.

Я подбегаю к окну: у дома стоит черный «Бентли». Глупо, что меня так радует этот «чмок» в конце.

Я сбегаю вниз:

— Рит, я поехала!

Рита выходит, раскрывает руки для объятья:

— Будь осторожна.

Я обнимаю ее.

— Буду.

— И если тебе что-то не понравится, разворачивайся и сразу домой. Поняла?

— Да, мам, — улыбаюсь я.

— И… Даню жаль, что не увидишь.

— Я тоже хотела попрощаться, — вздыхаю я. — Он где?

— Уехал по делам.

— Скажи ему, что я передаю «пока».

— Скажу.

На улице меня встречает Андрей, забирает чемодан.

— Спасибо, — улыбаюсь я.

Илья выходит из машины, открывает дверь, смотрит на меня сверху вниз — такой высокий, такой уверенный, что у меня внутри все становится мягким.

— Привет, — говорит он.

Я поднимаюсь на носочки и целую его.

— Привет.

Его ладонь ложится мне на талию — уверенно, собственнически, и он повторяет, будто смакуя:

— Привет.

Я шепчу:

— Давно не виделись.

Он усмехается и пропускает меня в машину. Я краем глаза вижу Риту в дверях: она стоит и наблюдает.

Да, я слишком «целующаяся». Но тебе придется смириться, Рит.